Бернард Вербер - Муравьи

Друзья торопливо поедают его, а затем быстро пересекают зал, пока на них не свалилось еще одно чудовище.

Разум: Настоящие опыты я начал проводить в январе 1958 года. Первая тема: разум. Разумны ли муравьи?

Чтобы выяснить это, я поставил перед бесполым рыжим муравьем (formica rufа) ящик средних размеров.

В глубине отверстия я поместил кусочек засохшего меда. Вход в отверстие загородил соломинкой, не тяжелой, но очень длинной и хорошо укрепленной. Обычно муравей расширяет отверстие, но здесь перегородка была из твердого пластика. Муравей не мог его прогрызть.

Первый день: муравей рывками тянет за соломинку, слегка ее приподнимает, оставляет, возвращается и снова приподнимает.

Второй день: муравей делает все то же самое. Он пытается также разгрызть соломинку у основания. Безрезультатно.

Третий день: без изменений. Можно сказать, что насекомое упорствует в своих неверных выводах и настаивает на них, потому что не способно представить себе другой путь рассуждений. Это было бы доказательством его неразумности.

Четвертый день: без изменений.

Пятый день: без изменений.

Шестой день: проснувшись утром, я обнаружил, что соломинку вытащили из отверстия. Это произошло ночью.

Дальше галереи наполовину обрушены. Сверху гроздьями свисает холодная и сухая земля, сдерживаемая белыми корнями. Иногда она осыпается кусками. Это называется «внутренний град». Единственный способ уберечься от него – удвоить бдительность и отскакивать в сторону при малейшем запахе обвала.

Три муравья продвигаются вперед ползком, отогнув усики назад, широко расставив лапки. № 103683, кажется, прекрасно знает, куда он их ведет. Земля снова становится влажной.

От нее исходит тошнотворный запах. Запах жизни. Животный запах.

Самец № 327 останавливается. Он не совсем уверен, но ему показалось, что стена предательски шевельнулась. Он подходит к подозрительному участку – стена снова вздрагивает. Кажется, что в ней вырисовывается рот. № 327 отступает. На этот раз существо маловато для крота. Рот выкручивается в спираль, из середины ее вырастает выступ и бросается на муравья.

Самец испускает обонятельный крик.

Земляной червь! Самец рассекает его ударом мандибулы. Но змеящиеся твари стекают со всех стен. Их столько, что можно подумать, будто находишься в желудке у птицы.

Один из червей решает обвиться вокруг торакса самки, она сухо щелкает мандибулами и разрезает его на множество кусочков, каждый из которых, извиваясь, уползает в свою сторону. Другие черви тоже хотят поиграть и закручиваются вокруг лапок, голов муравьев. Особенно невыносимо прикосновение к усикам. Все трое одновременно готовятся к стрельбе и выпускают кислоту на безобидных аскарид. Еще мгновение, и пол покрыт дергающимися телами цвета охры, словно продолжающими бросать муравьям вызов.

Троица переходит в галоп.

Когда они успокаиваются, № 103683 показывает друзьям новую анфиладу коридоров, которую нужно пройти. Чем дальше они идут, тем неприятней становится запах, но они привыкают к нему все больше и больше. Ко всему привыкаешь. Солдат показывает на стену и говорит, что копать надо здесь.

Это старые компостные санитарные пункты, место встречи совсем рядом. Мы любим здесь собираться, здесь спокойно.

Они затевают игру «пройди сквозь стену». Выйдя с другой стороны, друзья попадают в большой зал, где пахнет экскрементами.

Тридцать солдат, присоединившихся к ним, уже действительно здесь и ждут их. Но чтобы поговорить с ними, надо хоть немного уметь собирать головоломки, потому что солдаты разорваны на кусочки. И головы лежат далеко от тел…

Троица растерянно оглядывает зал. Кто же мог убить их здесь, у подножия Бел-о-кана?

«Это кто-то, кто пришел снизу», – выделяет самец № 327.

«Не думаю», – возражает самка № 56, но предлагает ему, тем не менее, углубиться в почву.

Самец вонзает мандибулы в землю. Он чувствует боль. Внизу – скала.

«Огромная гранитная скала, – уточняет чуть позже № 103683, – это дно, твердый пол Города. И она очень толстая и широкая. Мы ни разу не дошли до краев».

В конце концов, может быть, это дно мира. И тут появляется странный запах. Кто-то входит в зал. Кто-то, кто сразу вызывает у них симпатию. Нет, это не муравей Племени, это насекомое ломешуза.

Еще совсем личинкой № 56 слышала, как Мать говорила об этом насекомом:

«Никакое удовольствие не может сравниться с наслаждением, получаемым от нектара ломешузы. Ее секреция удовлетворяет все физические желания, разрушает самую твердую волю».