Дэвид Вебер - Одинокий тролль

– Так они и собираются поступить, но мое производство вступает в силу только в следующем месяце. Затем они командируют меня в Лэнгли. А сейчас у меня… точнее, до недавнего времени была длинная увольнительная, Джек.

Эстон не без удовольствия заметил, какое впечатление на капитана произвело обращение к адмиралу по имени.

– Извини, Джек, за этот спектакль, но я в трудном положении…

– Я так и подумал, когда мне доложили, что это ты, – ответил Роуз. – Тебе повезло, что я уже прибыл на судно для проведения совещания. Если бы меня ради этой истории вытащили из постели, я отдал бы приказ отбить атаку врага!

Он выпустил руку Эстона и повернулся к второму офицеру:

– Капитан Хелсинг, это Дик Эстон. Возможно, вы о нем слышали.

– Слышал, адмирал, – сказал Хелсинг, протягивая руку. Он внимательно оглядел неряшливого пришельца, как будто сравнивая его с тем, что ему доводилось слышать об Эстоне, и тот подумал, что было бы любопытно узнать, к какому выводу пришел капитан Хелсинг. – Правда, я не знал, что вы выходите в отставку, сэр.

– Нет, не выхожу, – сказал Эстон, улыбнувшись. – Но я становлюсь слишком стар, чтобы бегать по всему свету с отрядами SEAL* [ спецназ ВМФ США ]. Поэтому я буду числиться сразу в двух местах. Когда я вернусь домой, меня ждет местечко в ЦРУ.

– Понимаю. Не угодно ли вам будет сесть, сэр? Пожалуйста, адмирал. – Хелсинг указал на пару удобных кресел, и уставший Эстон с радостью опустился в одно из них.

Утомление после проведенной за штурвалом ночи начинало сказываться, а облегчение, которое он испытывал, лишь усиливало усталость. Этот спокойный корабль и царящий на нем порядок – настоящее воплощение мира и уюта! – вот лучшее доказательство того, что тролль еще не перешел к активным действиям. Однако расслабиться Эстону мешало понимание того, что самое трудное по-прежнему впереди.

– А теперь, Дик, – сказал Роуз, когда они уселись, – расскажи, что с тобой стряслось?

– Джек, – Эстон провел ладонью по лысине, не скрывая своего волнения, – я не уверен, что могу тебе сказать.

Он увидел удивление во взгляде адмирала и покачал головой, досадуя на самого себя:

– Извини. Я ляпнул совсем не то, что хотел.

Он на мгновение задумался, Роуз терпеливо ждал.

– Я предполагаю, – произнес наконец Эстон, тщательно подбирая слова, – ты слышал, что происходило над Атлантическим океаном примерно пару недель назад?

– Конечно, черт возьми, слышал! – фыркнул Роуз, нахмурившись. – А при чем тут ты?

– При том, – ответил Эстон. – Я знаю, что именно там произошло.

В каюте воцарилась мертвая тишина. Хелсинг знал Эстона лишь понаслышке и не смог скрыть свое недоверие. Роуз знал Эстона лично и потому спросил:

– Как ты смог узнать?

– Этого я не могу тебе сказать. Извини, но пока я не знаю, кому могу рассказывать об этом. Я в очень… непростом положении. Даже более трудном, чем ты можешь предположить.

– Дик, – медленно произнес Роуз, – мы потеряли «Хаммер» и всех, кто находился на борту «Кидда», когда эта штука рванула. Более ста человек ослепли, две тысячи гражданских погибли в авиалайнерах, упавших в море, потому что у них отказали системы навигации… Не говоря уже о трех «Томкэтах», одном КА-6 и многих миллионах долларов, которые потребуются на ремонт электроники «Рузвельта» и двух кораблей класса «Тикондерога». Если ты знаешь, почему все это случилось, ты об этом расскажешь… и немедленно.

– Я все понимаю, Джек, – тихо произнес Эстон. Он покачал головой. – Послушай, вот что мне от тебя нужно: терпение, линию связи с Норфолком, которую нельзя прослушать, и хорошего врача, не страдающего излишним любопытством.

Он устало улыбнулся в ответ на выражение недоумения, возникшее на лице Роуза.

– Сознаю, что это похоже на речи сумасшедшего, но дальше будет еще хуже. На моей яхте находится молодая женщина, которую необходимо перевести на борт «МакКи» без всяких вопросов и по возможности не привлекая внимания. Кроме того, – глаза Эстона умоляли Роуза проявить понимание, – ей необходимо сделать электроэнцефалограмму. Тихо, не привлекая ничьего внимания и как можно скорее.

– А ты понимаешь, насколько безумно это звучит? – спокойно спросил Роуз, и Эстон кивнул в ответ.

– Понимаю. Поверь мне, понимаю. Я с радостью бы все тебе объяснил, но не могу. Тут есть одна загвоздка… Мне необходимы указания главнокомандующего Атлантическим флотом, чтобы даже себе самому признаться, что я знаю то, что знаю.