Дэвид Вебер - Крестовый поход

Фраймак удивился тому, насколько мысли майора совпадают с его собственными, и снова задумался. Неужели?

– Хан-Сатана! – внезапно прошипел сквозь зубы полковник. Услышав это страшное проклятье, Вантак отшатнулся, но Фраймак тут же взял себя в руки. – Это же диверсия! Они решили отвлечь к заливу МакИннеса наши отряды быстрого реагирования!

Вантак задумчиво склонил голову, и роговой щиток у него на черепе заблестел в лучах лампы дневного света.

– От чего же они нас отвлекают, господин полковник? Ведь пока не поступило сообщений о других нападениях.

– Пока нет, – наклонившись над столом, подтвердил Фраймак. Он лихорадочно листал атлас, пока не нашел сектор Найтсбридж. – Не знаю, какова их цель, но сначала они отвлекли отряд подполковника Шемака к заливу МакИннеса.

Фраймак задумчиво барабанил пальцами по столу и пристально разглядывал карту прищуренными желтыми глазами. В этом секторе с десяток привлекательных для партизан целей, начиная с лагерей для перевоспитания и заканчивая складом оружия в Мейдстоне.

– Свяжитесь по спутниковой связи со всеми нашими подразделениями в Найтсбридже и узнайте, как у них дела!

Лейтенант Дархан вместе с уцелевшими солдатами из его подразделения сидел на корточках прямо в пыли. Большинство язычников уже скрылись в поросшем густым лесом ущелье реки Тей. Они вели за собой выносливых мулов с прародины Земли и полосатых новогебридских волов, нагруженных боеприпасами, стрелковым оружием, ракетными установками и гранатометами. Лейтенант видел, как оружие на спинах у животных покрыли фиванской камуфляжной тканью, и проклял тот день, когда интенданты прислали ее к нему на склад с горючим. Она не позволяла магнитным и термическим детекторам засечь то, что под ней скрыто!

Последние партизаны окружили пленных, и лейтенант не мог понять, почему их до сих пор не застрелили. Насколько ему было известно, партизаны никогда не брали пленных. Конечно, обычно они нападают на гвардейцев Синода, но какая, в сущности, разница?!

Двое язычников подошли к нему, огибая воронки. Мужчина был высоким, мускулистым и смуглым. Дархан уже повидал достаточно язычников, чтобы понять, что он старше сопровождавшей его почти такой же рослой женщины. Когда они подошли поближе, лейтенант заметил, что у мужчины на воротнике поблескивают начищенные шевроны.

– Ты старший по званию? – спросил мужчина, и Дархан кивнул. – Отлично! Мы уходим, но я хочу, чтобы ты кое-что передал адмиралу Ланту!

Дархан заморгал сразу обеими парами век. Так, значит, их не расстреляют?!

– На!

Ничего не соображавший Дархан механически взял протянутый конверт. Мужчина браво отдал ему честь, поднеся ладонь к потрепанному берету, как это делают военнослужащие из числа язычников. Лейтенант автоматически ответил на его приветствие. Мужчина усмехнулся, сделал знак своим спутникам, и все они скрылись среди деревьев за спинами ошеломленных фиванцев.

А еще через сорок пять минут с юга раздались воинственные крики, и появились первые солдаты батальона подполковника Шемака.

– Все могло быть намного хуже, – со вздохом сказал Манак. – По крайней мере, они не перебили пленных.

– Это верно, Святой Отец, – ответил Ланту, снова думая, стоит ли рассказывать своему старому учителю о послании, которое язычники передали ему с лейтенантом Дарханом. Раньше он не задумываясь сделал бы это, но Манак с каждым днем нервничал все больше и больше, а естественное нежелание идти по стопам архиепископа Танюка боролось в нем с чувством отчаяния. К примеру, яростные нападки Манака на адмирала Яханака были совсем не в его прежнем духе. Казалось, капеллан старается спрятаться от суровой действительности в кокон своей веры и срывает на военных горечь от неудач в деле перевоспитания язычников.

– Может, наша сдержанность все-таки чему-то их научила, – рассуждал вслух капеллан.

– Возможно, – согласился Ланту. Он заложил руки за спину и задумчиво скривил рот. – Святой Отец, я хотел бы предложить кое-что такое, что явно будет не по душе отцу Шамару и полковнику Хуарку.

– Какая разница?! – со своим прежним юмором воскликнул Манак. – Им и так ничего не нравится.

– В таком случае, Святой Отец, я хотел бы временно приостановить казни за нежелание вернуться в лоно истинной веры.

– Что?! – воскликнул Манак и поднял глаза на адмирала. – Сын мой, обращение язычников в истинную веру – наша главная цель!