Дэвид Вебер - Крестовый поход

– Нужно ли нам сейчас переходить к обороне? Почему бы Второму флоту не попытаться прямо сейчас отбить у фиванцев Парсифаль?

– А потому, госпожа Виклифф, – необычно язвительно сказал Бранденбург, – что в этом случае погибнут очень много людей. Выходя из узла пространства, попадаешь прямо в лапы к противнику. С самого начала фиванцы окажутся на расстоянии действия своего энергетического оружия, легко проникающего сквозь электромагнитные щиты наших кораблей. Нам же, в отсутствие аналогичного оружия, придется сначала разрушать их щиты! – Бранденбург выразительно фыркнул. – Вот почему Антонов и настаивает на модернизации! Или вы хотите, чтобы он потерял огромное количество кораблей со всем экипажем?

– Господин президент, Фриц прав, – сказал Андерсон. – Возможно, мы и могли бы сейчас отбить Парсифаль, но мы потеряли бы слишком много тяжелых кораблей. Даже с новыми лазерами им придется там нелегко, но в этом случае они хотя бы смогут дать противнику сдачи. Я понимаю, что у вас в этой связи могут возникнуть политические проблемы, но вариантов возможных действий у вас не много. Чего вы хотите? Ринуться вперед и пожертвовать огромным количеством жизней? Или ждать, пока мы построим достаточно новых кораблей для наступления? А ведь это может занять целый год! Сейчас у фиванцев еще нет истребителей, но дайте им год, и они у них появятся! В этом случае, – добавил Андерсон, глядя прямо в глаза Виклифф, – наши потери будут еще больше.

– Вынужден согласиться с господином Андерсоном и адмиралом Бранденбургом, – наконец решился О’Рурк.

– Почему? – Ледяной тон Виклифф не предвещал Хамиду О’Рурку блестящего продолжения политической карьеры, если тот осмелится перечить Вальдеку.

– Потому что они правы, – отрезал О’Рурк. – Если вопрос об этом встанет в Законодательном собрании, я так прямо и скажу. Мы должны начать мощное и хорошо подготовленное наступление, а так, как мы предлагаем, это можно сделать быстрее всего.

– Господин президент, – О’Рурк повернулся к Саканами, – адмирал Антонов прав.

– Очень хорошо, – спокойно сказал президент. – Если так считают командующий ВКФ, министр военной промышленности и министр обороны, считаю вопрос решенным. Следующий вопрос на повестке дня…

Андерсон откинулся на спинку кресла. Все оказалось не так трудно! Он знал, что Бранденбург его поддержит, но не ожидал, что О’Рурк преодолеет страх перед Вальдеком, который мог ему жестоко отомстить. Судя по всему, стоило извиниться перед О’Рурком, и Андерсон решил, что обязательно это сделает.

Кабине автожира далеко до флагманского мостика сверхдредноута, а полеты на низкой высоте над Новыми Гебридами были чреваты опасностью, поскольку партизаны были вооружены зенитными «скорпионами», и все же адмирал Ланту был рад сбежать из штаба. Автожир пошел на следующий круг, и Ланту с кривой усмешкой подумал, что пока все идет неплохо. Конечно, Фраймак за него очень переживает, но ему ужасно надоело сидеть за письменным столом и перекладывать бумажки из одной стопки в другую. Кроме того, эти не слишком частые вылеты создавали у Ланту хотя бы иллюзию, что он хозяин собственной судьбы.

В отличие от большинства офицеров военно-космического флота Ланту хорошо управлял автожиром и обычно садился в кресло второго пилота. Сейчас он наклонился в сторону, прижался роговым щитком на черепе к выпуклому стеклу и посмотрел назад. Из дверей автожира торчали две скорострельные пушки, а под крыльями у него висели ракеты, но главным оружием этого летательного аппарата была установленная у него на борту система датчиков. Термические, электронные и магнитные детекторы ощупывали раскинувшийся внизу лес в поисках цели для следовавших сзади штурмовиков. Впрочем, Ланту не очень надеялся на успех. Партизаны знали свое дело, и высмотреть что-либо сквозь кроны этих проклятых остролистных дубов мог разве что сам Хан-Сатана. Особенно если партизаны разбиваются на маленькие группы! Ланту питал слабую надежду на то, что своими полетами он хотя бы не дает партизанам объединяться в большие отряды.

Задача адмирала была невероятно трудной. Он не мог оценить эффективность собственных действий. Конечно, можно считать трупы партизан, но, благодаря усилиям полковника Хуарка и ныне покойного архиепископа, в желающих пойти в партизаны, судя по всему, нет недостатка! Партизаны стали нападать реже. Это тоже можно было бы расценить как добрый знак, если бы партизаны не атаковали теперь большими группами. Нападений стало меньше, но каждое из них теперь было страшнее, чем раньше, потому что отрядам быстрого реагирования труднее с ними бороться!