Дэвид Вебер - Крестовый поход

И все-таки осторожность прежде всего! Вот почему Яхакак выбрал план «дельта – два», по которому его тяжелые корабли не слишком далеко отходили от узла пространства, ведущего в Парсифаль. Если язычники до такой степени глупы, что прилетят к нему сюда через всю систему, он, так и быть, уничтожит их, но его корабли слишком ценная часть Разящего Меча Святой Матери-Земли, чтобы рисковать ими.

Оба флота постепенно приближались друг к другу, а авианосцы-призраки облетели вокруг многочисленных фиванских кораблей и зашли к ним в тыл, отрезав от узла пространства, ведущего в Парсифаль. Пока тяжелые корабли сближались на дистанцию ракетного залпа, у авианосцев, было предостаточно времени, чтобы выйти на предназначенную им позицию. Как только корабли обоих флотов открыли огонь, двести сорок пилотов, одним из которых был Ктаар’Зартан, как снег на голову свалились на фиванские корабли, зайдя им прямо в мертвые зоны.

Ктаар давно не чувствовал себя так замечательно, как в тот момент, когда его звено ударило по одному из фиванских сверхдредноутов со стороны кормы. Этот гигант, предупрежденный отчаянными сигналами с эскортных кораблей, сразу стал разворачиваться, но было уже поздно. По сравнению с космическими истребителями он казался неуклюжим бегемотом. Истребитель Ктаара задрожал и вошел в смущенное пространство за кормой сверхдредноута. Ктаар, раньше никогда не приближавшийся так близко к вражескому кораблю, впился глазами в прицел и вместе со всем 509-м звеном дал залп ракетами для ближнего боя, устремившимися к противнику сквозь почти нереальное неустойчивое пространство у него за кормой.

Ни Ктаар, ни остальные отважные пилоты 509-го звена не могли промахнуться на таком небольшом расстоянии. Электромагнитные щиты и энергетическое поле распались среди ослепительных вспышек ядерных взрывов. Корма гигантского сверхдредноута распухла, по ней поползли изрыгающие языки пламени трещины, и она лопнула, когда одна из ракет, которую Ктаар считал своей собственной, ударила прямо по металлу, неспособному выдержать взрыв такой силы. Ликующий орионец издал пронзительный вопль, чуть не оглушивший всех, кто услышал его в наушниках.

– Хватит орать! – приказал коммандер Такашима, когда они отвернули от цели, пользуясь маневренностью своих самых юрких машин во всей Галактике. Ктаар понимал, что Такашима не хотел его обидеть, ведь на самом деле командир звена понимал великий язык и самих орионцев намного лучше, чем можно было бы заключить по короткой фразе Антонова.

– Молодцы! – сказал коммандер. – Теперь возвращаемся, перевооружаемся и…

Голос Такашимы исчез в треске помех, а его истребитель пропал в огненном шаре, таком ярком, что системы автоматического затемнения иллюминаторов остальных истребителей едва не вышли из строя. Вспышка погасла, и пилоты увидели фиванский легкий крейсер, каким-то чудом вышедший на дистанцию огня. Крейсер шел прямо на них. Скоро он откроет огонь из лазеров!

– Уходим! – В наушниках Ктаара прозвучал голос совсем еще молоденького лейтенанта, помогавшего Такашиме в решении оперативных вопросов.

«А ведь он тоже понимает по-орионски, – успел подумать Ктаар. – Пожалуй, Антонов совсем не случайно приказал мне лететь с этим звеном!»

– Курс прямо на авианосец! – приказал лейтенант.

– Лейтенант Паапаас, – не медля ни секунды сказал Ктаар, – на этом курсе нас собьют ракетами. Мы можем развернуться и оторваться от фиванца, но нам не хватит горючего на обратный путь. Я предлагаю… Короче, я нахожусь в самой выгодной позиции… Позвольте мне повести звено за собой!

– Разумеется, коммандер! – с нескрываемым облегчением ответил Паппас.

Ктаар подождал, пока тот отдаст остальным пилотам соответствующий приказ, потом резко развернулся и, набирая скорость, крутой спиралью помчался прямо на фиванский крейсер. Он успел заметить, что Паппас и остальные пилоты в точности повторяют его действия, и испытал такую гордость за своих ведомых, описать которую можно только на великом языке орионцев.

Экипаж фиванского крейсера состоял из новичков. Они много тренировались и внимательно слушали рассказы ветеранов, сражавшихся в Редвинге, но сами еще не сталкивались лицом к лицу с космическими истребителями. Кроме того, они были до глубины души потрясены тем, что Святая Мать-Земля позволила язычникам учинить с их флотом, вообще-то, фиванская противоракетная оборона обязательно должна была сбить хотя бы несколько истребителей, которые неожиданно пронеслись на огромной скорости рядом с бортом их крейсера, поливая его огнем лазеров. Однако через мгновение маленькие юркие машины были уже в мертвой зоне крейсера и стали от него стремительно удаляться. Ктаар успел заметить, что фиванцы не сбили ни одного из его ведомых.