Дэвид Вебер - Земля смерти

«Еще одного отступления мне не пережить, – в оцепенении думала она. – Теперь я должна остановить «пауков». Я пытаюсь внушить всем, что это у меня непременно получится, но сама не верю в собственные силы. Почему я ощущаю только отчаяние?! Боже, как я устала губить людей! А что если подчиненные почувствуют мою неуверенность и поймут, что я хочу умереть, чтобы не ощущать новой вины, и ради этого намерена захватить их с собой в могилу?!.»

Ванесса с трудом перевела дух и открыла глаза. Вместо значков на дисплее она видела людей на борту кораблей и сжала кулаки так, что ногти впились ей в ладони. Сейчас она была сильнее, чем когда-либо раньше: у нее было шестнадцать сверхдредноутов, девять линкоров, двадцать пять линейных крейсеров, одиннадцать эскадренных авианосцев, семь легких авианосцев с их эскортными кораблями, пять космических фортов из состава станции космического слежения в Сарасоте, огромная, вооруженная до зубов орбитальная база ВКФ и более шестисот истребителей. У нее были минные поля, лазерные буи, буи с излучателями первичной энергии и беспилотные носители стратегических ракет. Не многим адмиралам ВКФ выпадала честь командовать таким мощным соединением, но у Ванессы мороз бежал по коже, когда она думала о «паучьих» эскадрах, которые вот-вот должны были ринуться на нее. По самым скромным подсчетам Марка Леблана и Линг Чан, потери «пауков» уже равнялись половине довоенной численности тяжелых кораблей ВКФ Земной Федерации, но в каждой новой атаке участвовали все более и более крупные силы. Какой же у них огромный флот, если они, не считаясь с такими чудовищными потерями, продолжают наступать!

Ванессе казалось, что она противостоит не военно-космическому флоту, а неукротимой стихии, возникшей в недрах преисподней, чтобы сокрушить все на своем пути. При этой мысли Ванесса дрожала от страха. Нет, она боялась не смерти! Ее пугала страшная мысль о том, что человечество оказалось на пути неведомой безжалостной и неумолимой силы. Она боялась, что умрет, но так и не спасет мирных жителей, охранять которых когда-то присягала.

Ванесса скрывала эти жуткие мысли за внешней уверенностью, которую демонстрировала подчиненным, потому что долг требовал от нее лгать им и вести их на бессмысленную смерть.

В коридоре раздались шаги. Ванесса повернулась к прибывшим на совещание Демосфену Вальдеку, Джексону Теллеру и Джону Людендорфу. За ними шли начальники штабов этих адмиралов, а также Лерой Маккена, Линг Чан и Марк Леблан. Ванесса улыбнулась невеселой, но широкой и уверенной улыбкой.

– Вы очень пунктуальны, – сказала она, сверившись с хронометром на переборке.

Ванесса одарила прибывших еще более ослепительной улыбкой и указала изящной рукой на люк штабной рубки.

– Ну что ж, перейдем к делу. «Пауков» нам еще давить не передавить!

Марк Леблан сидел у себя. Иногда он прикасался пальцами к клавиатуре компьютера, пробегая глазами параграфы набранного убористым шрифтом текста. Сейчас его не очень занимал план будущего сражения, мерцавший на экране компьютера. Он думал о разработавшей его женщине. Леблан дочитал очередной раздел, вздохнул и откинулся на спинку кресла, обхватив голову руками и обдумывая не дававшую ему покоя проблему.

У Ванессы явно сдают нервы! Хорошо зная ее, Леблан, единственный из всех, уже давно чувствовал это, но понятия не имел, как ей помочь.

Маккена и Вальдек, давно работавшие с Ванессой, были ослеплены безукоризненно правильными решениями, которые она до сих пор принимала. Они вместе с остальными были загипнотизированы невероятным количеством уничтоженных ею кораблей противника. Ни одному адмиралу – и не только в истории человечества – еще не удавалось добиться такого невероятного соотношения потерь. Хотя у землян тоже погибло много кораблей, их количество казалось ничтожным по сравнению с числом разнесенных в щепки единиц противника.

И все же никто из этих офицеров не нес на себе бремя ответственности за окончательный исход сражения, и ни один из них – возможно, за исключением Джексона Теллера – не мог до конца прочувствовать глубину психологических ран, нанесенных Ванессе этим бременем. Только Марк понимал это. Много недель он наблюдал за тем, как эти раны кровоточат все сильнее и сильнее, ведь только в его обществе Ванесса осмеливалась сбросить маску уверенности, хотя он ничем не мог ей помочь. Он мог лишь побыть с ней, разделить ее боль и попытаться хоть как-то успокоить. С новой силой вспыхнувшая любовь к Ванессе лишь мешала ему, и он гнал ее, особенно сейчас, когда нужно было беспристрастно анализировать ее психическое состояние. Он притворялся, что между ними ничего нет, но от этого лишь острее чувствовал муки Ванессы.