Дэвид Вебер - Война Хонор

Именно это, признавалась она себе, ей и хотелось сделать. И если на то пошло, Гортц заслужил, чтобы именно это она и сделала.

Но она удерживалась, помня об инструкциях леди Харрингтон. Вместо того чтобы отвесить Гортцу оплеуху, она, стиснув зубы, лишь перевела «Джессику Эппс» в состояние готовности номер два и вызвала персонал на посты ПРО [22] противоракетной обороны. . Шону Харрису было поручено вести непрерывное обновление решения для стрельбы исключительно с помощью пассивных сенсоров. Больше ничего. После трех попыток выйти на связь с Гортцем она даже перестала повторять вызов.

«Интересно, Гортц точно так же злится, что я его игнорирую, как я злюсь, что он за мной таскается?» – саркастически подумала Ферреро, но ирония не смогла заглушить клокотавшую внутри нее злость.

Впрочем, что нравится Гортцу, а что нет, в настоящий момент не имело значения, ибо, несмотря на всю свою ярость, Эрика Ферреро собиралась строго следовать приказам. Она не даст «Хеллбарде» того повода, которого тот дожидается.

«Но если этот ублюдок хотя бы моргнет в мою сторону, – решительно сказала себе Эрика, – я разнесу его чертову жестянку в мелкую пыль».

Элен Декруа и в лучшие времена не получала удовольствия от визитов в Палату Лордов. Это могло показаться странным, ибо верхняя палата парламента Звездного Королевства естественным образом служила оплотом защитников того самого status quo, поборником коего объявило себя нынешнее правительство. Но хотя семейство Декруа принадлежало к числу самых богатых в мантикорском обществе, родовитым его можно было назвать лишь с большой натяжкой. Сама же Элен, вошедшая в семью через брак с сэром Джоном, была связана с подлинной аристократией совсем уж тонкими ниточками, особенно после смерти мужа четырнадцать лет назад. Она не видела причин искать замену покойному супругу, который послужил ей пропуском в высшие сферы мантикорского общества; большинство людей уже забыли, что в этом обществе она появилась относительно недавно. Однако, несмотря на внешнюю уверенность, с которой она вращалась среди людей благородного происхождения, ни они, ни она никогда не забывали, что на эту территорию она вторглась без приглашения.

Во многих отношениях именно ощущение собственной неполноценности, по крайней мере с точки зрения происхождения, объясняло непомерное честолюбие, которое так толкало её на завоевание политической власти. По горькой иронии, коалиция, к которой она принадлежала сейчас, была абсолютно предана идее сохранения положения, при котором ей был недоступен предмет её самых страстных мечтаний – кресло премьер-министра. Если только, конечно, ей в благодарность за бескорыстную службу на благо Звездного Королевства не будет пожалован титул.

Вот только Мишель Жанвье не выдвинет её кандидатуру на титул, если хочет оставаться премьер-министром и если у него есть хоть капля здравого смысла.

И поэтому перспектива присутствия на сегодняшнем заседании Палаты Лордов её нисколько не радовала. К сожалению, улизнуть было никак нельзя. Этот несносный Вильям Александер в компании с его еще более невыносимым братцем внесли обращение Элоизы Причарт и общий ход переговоров с республикой Хевен в официальную повестку дня верхней палаты. А стало быть, кто-то из правительства был просто обязан, согласно неписаной части Конституции, предстать перед Палатой Лордов для порки.

В данном случае встреча с пэрами, пусть она и не принадлежала к их числу, была обязанностью министра иностранных дел.

Слушая, как спикер скучно и монотонно представляет её согласно церемониалу, она мысленно сделала глубокий вдох и подготовилась к предстоящему испытанию.

– Итак, – закончил наконец спикер, – я имею честь предоставить слово достопочтенному министру иностранных дел. Прошу вас, госпожа министр.

Он обернулся к ней с улыбкой (по мнению Декруа, столь же фальшивой, как и её ответная), и она подошла к снабженной информационной консолью трибуне, предназначавшейся для гостей палаты.

– Благодарю вас, мистер спикер, – любезно сказала Декруа и повернулась к собравшимся, обводя взглядом ряды сидений. – Позвольте мне также выразить свою признательность благородным пэрам за оказанную мне честь выступить перед ними.

Одарив высокое собрание еще одной фирменной улыбкой, она помедлила еще несколько секунд, раскладывая на кафедре десяток старомодных бумажных карточек с заметками. Ничего значимого в них не было, просто она давно уже научилась пользоваться ими как тактическим маневром – их можно было перебирать, якобы проверяя данные, а тем временем поразмыслить, как ответить на слишком щекотливый вопрос.