Антон Орлов - Чужое тело

В доме не осталось никого, кроме кота: Ли сдавала последний экзамен, Ольга и все ее дизайнеры улетели на какое-то мероприятие на форуме. Тина тоже отправилась в дизайнерский городок. В ближайшее время никто за ней гоняться не будет, она знала это по прежнему опыту. Манокарский посол зализывает раны, агенты спецслужб разбирают провалившуюся операцию и анализируют ошибки… Мертвая полоса. Можно воспользоваться затишьем, чтобы погулять в одиночку, иногда она в этом нуждалась.

На цветных газонах между «этажеркой» для парковки машин и дизайнерским городком сегодня ошивалось особенно много неформалов. Толпа голых мужчин и женщин, поджарых, загорелых и довольно неплохо сложенных, размахивала плакатами с агрессивно пульсирующими призывами: «Одеть негуманоидов!», «Только человеческая нагота прекрасна!», «Пусть нелюди прикроют свой срам!», «Хороший негуманоид — одетый негуманоид!».

— Если кто-то здесь и нуждается в одежде, так это они сами! — раздраженно пробормотал гинтиец с широкими темно-красными бровями, сросшимися на переносице, и сердитым лицом (впрочем, людям лица гинтийцев всегда кажутся сердитыми).

— Это церковь воинствующих нудистов с Андолии, — отозвалась асфальтово-серая незийка с блестящим обручем на лишенной волос голове. — Поздновато прилетели, еще вчера их тут не было.

Нагой атлет поднял звукоусилитель и начал произносить речь: поскольку человеческая раса является венцом творения, церковь воинствующих нудистов призывает всех людей Галактики снять одежду, а от неодетых негуманоидов, напротив, потребовать, чтобы те ее надели. Незийцам, гинтийцам и шиайтианам еще можно позволить ходить обнаженными, поскольку они выглядят совсем как люди, но все остальные расы должны прятать свои несовершенные тела под костюмами. Пусть лярнийцы, кроме своих традиционных плащей, носят рубашки и штаны, как известный лярнийский художник Тлемлелх, поселившийся на Незе; пусть желийцы, эти гигантские желто-коричневые слизни, прикрывают свои неопрятные телеса какими-нибудь одеяниями наподобие чехлов для диванов; пусть Галактическая Ассамблея обяжет одеваться силарцев, похожих на ветвящиеся кусты, и всяких цефалоподов вроде кудонцев или синиссов.

Кто-то попал в оратора влажно чавкнувшим тропическим фруктом.

— Только человечество символизирует и воплощает в себе божественную гармонию! — пытаясь стереть ладонью со своего торса оранжевую мякоть, убежденно крикнул атлет. — Красота спасет Галактику!

Тина пошла к воротам дизайнерского городка. Хотелось побродить напоследок по аллеям, еще раз посмотреть на понравившиеся композиции. Передатчик молчал: видимо, беседа Поля с начальством затянулась.

— Слышали, что творится в Слайреосе? Там террористы захватили завод с ядерным реактором, только что сообщили.

— Слайреос — это где?

— Где-то на севере. Передали, что завод заминирован. Уже вызвали какого-то крутого спеца по таким делам, как его… Баталов. Он работает здесь, на форуме, а сейчас вылетел туда.

«Не вылетел, а телепортировался», — мысленно поправила Тина. Она услышала этот разговор около композиции, которая напоминала медленно меняющий очертания снежный вихрь. Стив справится, она не сомневалась. И все-таки под сердцем возник мятный холодок тревоги.

Она повернула к павильону Тлемлелха. Судя по количеству охранников, оцепивших слегка искривленную постройку в лярнийском стиле, с большими окнами и крышей из зеленоватого армированного стекла, сам Тлемлелх находился внутри.

— Тина, ты видела безумных голых людей около ворот? — На его зеленом нечеловеческом лице с тонкими чертами и глазами цвета темной вишни отражалось сильнейшее потрясение. — Они говорят, что человек — венец творения! Какое печальное заблуждение… Есть только одна по-настоящему прекрасная раса — это энбоно. Люди и незийцы обладают множеством достоинств, и я уже привык к их странной внешности, однако надо быть незрячим, чтобы называть их красивыми! Извращенец Лиргисо занимался с людьми любовью, а потом сбежал в человеческом теле, но это же воплощенный позор нашей расы — на Лярне теперь пугают его именем непослушных детей и нерадивых слуг. Тела людей лишены безупречной гармонии, присущей энбоно, а носы и уши придают вашим лицам карикатурный вид. О, не обижайся, просто мне, как художнику, больно это видеть. И я никак не могу понять, почему люди не делают пластических операций, чтобы обрести сходство с энбоно. А эта сумасшедшая голая толпа вопит, что человеческая внешность — воплощенное совершенство! Как же извилисты и непредсказуемы темные пути безумия…