Антон Орлов - Чужое тело

— Только я возьму с собой стеклышки и котика. Ты меня подождешь, я быстро, ладно?

Она приоткрыла дверь и юркнула в коридор. Поль прислонился к кафельной стене. Помещение выглядит необычно для прачечной: где же здесь стиральные автоматы? Вдоль стены стоят длинные мелкие ванны, в углу пирамида тазиков. Они что же, вручную стирают?! Ну да, чтобы было чем заняться…

Мысли перескочили на другую тему: за каким котиком пошла Ивена? У нее есть кот? Драться же будут с Ольгиным котом, тот ни одному соплеменнику не дает спуску… Ольга утверждает, что это он от Поля заразился.

И почему ее так долго нет? Кто-то задержал?.. Все равно он заберет Ивену, даже если придется все тут разнести. Или она испугалась, передумала? Тогда ничего нельзя сделать… Пойти выяснить, что случилось?

Дверь приоткрылась: хаотичная разноголосица, смазанное движение… Ивена боком протиснулась в кафельную комнату и навалилась на дверь спиной — руки были заняты. Поль увидел, что кот у нее не настоящий — сшит из кусочков меха, а вместо глаз пуговицы, синяя и зеленая. Еще Ивена держала небольшую пластмассовую коробку, в которой что-то пересыпалось и звякало.

— Готова? — спросил Поль.

Девочка кивнула.

— Тогда не пугайся, — предупредил он еще раз, на всякий случай.

Потом шагнул на середину комнаты, включил передатчик и сказал:

— Стив, забирай меня. Свободное пространство — метр.

Стив появился рядом. Девочка еще шире раскрыла глаза, но не закричала.

— Стив, это Ивена. — Поль взял ее за худенькое плечо. — Она с нами.

Стив не стал ни возражать, ни задавать лишних вопросов: с нами — так с нами. Секунда — и все трое уже в салоне яхты.

Савайба — не та планета, которую ей захочется посетить еще раз. Это Тина знала наверняка. Гигантская живая клоака, населенная полоумными дикарями; мир, не рассчитанный на человека, но все же захваченный и освоенный людьми, заинтересованными в здешнем сырье.

Шестичасовой путь до Обага Тина проделала в наручниках: несмотря на все свои преимущества, Лиргисо опасался, что она ему помешает, и принял меры предосторожности. Он поддерживал ее на неровных участках, поил тонизирующим витаминизированным напитком из пластикового стаканчика и всячески проявлял заботу, а Тина жалела о том, что не может избить его до потери сознания. Когда ей в последний раз было настолько же муторно?.. На Манокаре. Когда она присутствовала при экзекуциях. Наблюдаешь, как человека истязают, и ничего не можешь сделать, вот что самое паршивое.

Ури не вызывал у нее симпатии, скорее наоборот, но сейчас он со связанными за спиной руками плелся с другой стороны от Лиргисо, и его лицо заливала бледность обреченного, только болячки выделялись темными горошинами. Ури знал, что идет умирать.

Стайсина, так и не очнувшегося, Лиргисо убил: один мгновенный удар — и готово. Когда последний из ростков немного пришел в себя, Лиргисо с сочувственной улыбкой сообщил ему:

— Ури, тебе придется нас проводить. Не бойся, много времени это не отнимет. Ты проводишь нас недалеко, до Обага.

Ури сначала не понял. Потом понял и задрожал, его испуганные глаза начали слезиться.

— У вас считается, что мать-рахада предпочитает одушевленную пищу, и вы отдаете зобулу живых пленников, не так ли? Как же они, наверное, кричат…

Ури задрожал сильнее. По-детски всхлипнул.

— Я не росток рахады, — усмехнулся Лиргисо. — Иногда я бываю милосердным. Если ты меня ничем не разозлишь, я тебя перед этим убью, быстро и не больно.

— Нам не обязательно идти через Обаг, — сказала Тина. — Можем сделать крюк.

— Потеряем неделю. Великолепная Тина, мне жаль тебя расстраивать, но это один из тех случаев, когда твое мнение значения не имеет… Кстати, браслеты тебе идут! Давай-ка наденем их — ненадолго, до Обага. Так мне будет спокойней.

— Господин… — с мольбой прошептал Ури, когда Лиргисо после короткой борьбы защелкнул на запястьях у Тины наручники. — Зобулу можно заместо меня девку отдать! Ему один человек нужен, чтоб остальных пропустить, мать-рахада справедливая! Девки же все грязные, а эта вон какая шлюха, чего ее беречь-то…

— Местные нравы по-своему восхитительны. — Лиргисо вздохнул — и вдруг ударил Ури в солнечное сплетение, потом куда-то в область живота. Молниеносные отточенные движения.

Ури завизжал и скорчился на земле.

— Замолчи! — приказал Лиргисо. — Один раз ты меня уже разозлил. Ури, если не хочешь, чтобы я злился, перестань кричать.

Ури подчинился. Теперь он корчился молча и давился почти беззвучными рыданиями. Тина прикидывала, сумеет ли убить его с первой попытки, если ударит бронированным ботинком в висок. Не то чтобы ей было очень жалко этого паршивца, но она не любила, когда кого-то мучают, и хотела поскорее это прекратить. Момент она упустила, Лиргисо оттащил ее в сторону.