Антон Орлов - Контора Игрек

– Все, я пошел, – предупредил Стив, перед тем как втянуть под панцирь щупальце с динамиком.

– Удачи, – прошептал Поль.

Но Стива уже не было рядом.

Шеф Отдела контрразведки Лорехаун давно мечтал свалить Маршала, недолюбливали они друг друга. Вот к нему-то Саймон и пошел и рассказал о том, что произошло в Солбурге на рынке, присовокупив кое-какие свои выводы. Все как положено: рядовой сотрудник «Подразделения Игрек» проявляет бдительность.

Колесо завертелось – и вот уже есть группа заговорщиков. Саймон обнаружил среди них Фешеда, своего непосредственного начальника, а Грушу и других психологов на тайную сходку не пригласили. Как выяснилось, у всех участников заговора давно уже копились догадки и подозрения, а теперь появилось веское доказательство. Глядя на озабоченные лица и беспокойные потные руки, Саймон готов был плакать от досады: съемочную аппаратуру пришлось выключить – здесь такие меры предосторожности, что, не ровен час, застукают.

Мнения разделились: одни, во главе с Лорехауном, хотели действовать немедленно, другие предлагали обождать, исподволь подготовить почву для переворота. Саймон шепнул Фешеду, что сейчас самый тот момент, потому что Маршал измотан после схватки с Лиргисо, а потом, когда он восстановит силы, с ним нипочем не справишься. Шеф Отдела по связям с общественностью помолчал, подумал, взял слово и высказал эту мысль как свою. Он всегда так поступал. Его довод (а если по правде, то довод Саймона) заставил сторонников выжидательной тактики приумолкнуть.

Шеф Отдела контрразведки изложил план: кто-то один идет к Маршалу, заводит с ним разговор и провоцирует его, тем временем он, Лорехаун, с проверенными людьми добирается до пси-излучателей. Последние хранились в сейфе у Маршала, и включать их на борту «Гиппогрифа» было строжайше запрещено, поскольку они могли повредить «сканерам» в лаборатории Пергу. Ну, теперь-то всем стало ясно, отчего такая забота об этих уродах и почему их держали на флагманском корабле: повод, чтобы припрятать подальше оружие, которое на экстрасенсов с любым коэффициентом действует безотказно.

У Лиргисо от этого оружия есть защита – вероятно, какие-то лярнийские штучки, Стив Баталов и Тина Хэдис, судя по всему, тоже обзавелись подобными штучками, но у Маршала-то защиты нет! По данным Лорехауна, Груша в последнее время штудировал переводную лярнийскую литературу. Оно вроде бы понятно, врага надо знать, но если предположить, что Маршал велел психологу найти описание того самого защитного устройства?..

Как только Лорехаун со своими ребятами вскроет сейф и завладеет пси-излучателем – Маршал, считай, разоблачен и повержен. Лишь бы провокатор не подвел.

– Кто будет провокатором? – спросил бледно-желтый шиайтианин-штабист с печальными отвислыми щеками. – Задача ответственная…

– Исполнитель нужен опытный, находчивый, ради успеха дела готовый на риск, – с раздумьем произнес Лорехаун и посмотрел на Клисса.

– Да, это должен быть человек с опытом таких провокаций, способный к нестандартным решениям, – подхватил руководитель Отдела финансов и тоже посмотрел на Клисса.

И вот уже все они смотрят на Клисса, и от их внимания ему стало неуютно, словно за шиворот сунули пригоршню снега.

– Саймон, ты ведь бывший эксцессер, – нарушил всеобщее молчание Фешед. – Ты справишься.

Саймон принял тройную дозу хминка и отправился к Маршалу. У заговорщиков свой план, а у него свой, и рисковать он будет не ради их победы, а ради эффектной концовки фильма.

Он прокрался по широкому коридору с панелями фальшивого дерева и красной ковровой дорожкой. Здесь обитал высший комсостав, и обычно здесь маялся от безделья дежурный ординарец, но Лорехаун его под каким-то предлогом отозвал.

Вот она, дверь в личные покои Маршала. Тот отдыхал и никого не принимал, Саймону пришлось упрашивать, переминаясь с ноги на ногу перед переговорником, туманно намекать на крайне важную информацию, на проблему, не терпящую отлагательств… Ему удалось-таки заинтересовать Маршала, и дверь открылась.

В жилище Вождя-Основателя он был допущен впервые. Конечно же, обстановка спартанская, конечно же, никакого лишнего комфорта. Ничего похожего на то креслице-качалку с несколькими режимами укачивания и регулируемым подогревом, какое Саймон видел в каюте у Фешеда.

– Клисс, я тебя слушаю, – нетерпеливо буркнул Маршал.

Сейчас он был похож на обыкновенного больного старика, даже глаза слезились.