Антон Орлов - Контора Игрек

– Ты в Нариньон собрался? – со слабой надеждой спросил Поль.

– Да какой, к Флассу, Нариньон… – усмехнулся Живущий-в-Прохладе. – Там чуть ли не военное положение объявили, а Наследница Властвующей со своей свитой уже покинула Рубикон, как будто я кому-то угрожаю!

«Значит, все эти эффекты предназначены мне. Плохо».

– Станции больше нет. Пришлось ее подорвать, чтобы никому не досталась. Как только мы вышли из зоны бури, нас обложила целая армада – рубиконские вооруженные силы плюс антитеррористическое формирование Космопола. Фласс, это почти комплимент! Поскольку слава террориста меня не прельщает, мы с Хинаром покинули поле боя без драки.

– Дай мне, пожалуйста, какую-нибудь одежду. Хотя бы пижаму.

– Поль, ты бестактен. Я потерял оборудование на безумную сумму, я разорен – и в придачу я должен отдать тебе последнюю пижаму! Желательно бронированную, и чтобы застежки с несколькими степенями защиты, не так ли? Ты ведь еще и расправился с моей репутацией, выставил меня на посмешище! Меня ждали в Нариньоне, на открытии Королевского фестиваля, но ждали тщетно – я, видите ли, был занят, спасал плавучий бомжатник! Фласс, гадость какая…

– Во-первых, ты не разорен. Твой теневой бизнес приносит такие доходы, что ты завтра же купишь новую станцию и не обеднеешь.

– Совать нос в чужой теневой бизнес – это дурной тон, – Лиргисо облокотился о причудливо изогнутый белый секретер напротив ложа. – Буду признателен, если ты передашь это Стиву и Тине, слово в слово. А во-вторых?

– Не волнуйся за свою репутацию. Ты спас людей, это как раз то, что тебе нужно для положительного имиджа.

– Да вовсе не то! Я спас, твоими стараниями, ораву бомжей, от которых власти Рубикона не знают, как избавиться. Вот если бы это был упавший в океан аэробус с детишками или, еще того лучше, корабль с гостями Королевского фестиваля – тогда бы меня превознесли до небес! А так – получился анекдот… Поль, надо быть испорченной натурой, чтобы не улавливать таких нюансов. Ты вдобавок заставил меня позаботиться о комфорте для этого сброда, подыскать им бережок поудобней! Сегодня… или нет, уже вчера, сейчас ведь утро… я испил чашу унижений до дна, и последние глотки были особенно горькими и терпкими. Поль, надо мной никто еще так не издевался!

– Я не хотел над тобой издеваться. Я хотел только, чтобы люди остались живы. Крис, пожалуйста, дай мне одежду.

– Обнаженный ты мне нравишься больше, – Живущий-в-Прохладе ухмыльнулся. – И когда ты, наконец, перестанешь называть меня Крисом? Я Лиргисо. Моего последнего донора звали Вальтер Нурве – и что с того? Разве я каждый раз должен заодно с телом менять имя? – Он жестом подозвал робота-официанта, взял бокал, пригубил темно-рубиновое вино, потом с иронией поинтересовался: – Наверное, ты чувствуешь себя героем?

– Нет. Я просто сделал то, что надо было сделать.

– Это что – скромность или кокетство? – рассмеялся Лиргисо.

– Понимай как хочешь.

– В твоих бездонных, как ночное небо, глазах столько страха и тоски, что хватит на дюжину героев. Поль, ты всегда относился к моим чувствам с пренебрежением, отвергал их, издевался над ними… И что же? Когда тебе понадобилась моя помощь, ты хладнокровно сыграл на этих презираемых тобой чувствах!

Живущие-в-Прохладе любят поговорить, и если удастся втянуть его в дискуссию на несколько часов… Поль попытался собраться с мыслями, но те кружились, как хлопья снега на ветру. Хуже нет, чем это состояние, когда мысли превращаются в снег, и от тебя ничего не зависит, и кожа холодеет от страха. А ведь в полицейской школе его учили брать под контроль маньяков и психопатов – целая глава была в учебнике, с примерами правильного и неправильного поведения, и потом еще вопросы на зачете…

Лиргисо допил вино, поставил бокал на секретер. Подошел, присел на край ложа. Вблизи было видно, насколько сложны и прихотливы узоры его нарисованной полумаски – настоящее произведение искусства. Черные алмазы в колье тускло мерцали, словно неведомо чьи зрачки наблюдали за Полем.

– Я тебе нравлюсь?

– Нет.

– Опять лжешь… – Он нежно провел кончиками пальцев по щеке дернувшегося в сторону Поля. – Ну что, платить по счетам будем?

– Сейчас? – Полю удалось подавить приступ паники.

– Почему бы и нет? Просто прелесть, какой ты бледный и вежливый – никаких «заткнись», никаких демонстраций приемов, которые мне, признаться, до оскомины надоели.

– Ты же видишь, в каком я состоянии.