Антон Орлов - Гонщик

«А это манокарский тоталитарист, его зовут Джениз Шидал, – сообщил комментатор. – Один из главных героев нашего уникального фильма. Вы увидите, дорогие зрители, что он будет вытворять дальше! Итак, держитесь крепче!»

Манокарский тоталитарист Джениз Шидал инструктировал группу манокарцев низших уровней относительно того, как взять в плен киборга, Тину Хэдис. Говорил он по-манокарски, но параллельно звучал перевод. «Это приказ нашего великого правительства, приказ самого президента Пенгава! – с расстановкой произносил он, сверля взглядом неподвижно застывших парней в одинаковой форме. – Надо покончить с этой!.. Те, кто проявит себя хорошо, перейдут на следующий уровень – так сказал его превосходительство господин Мажирав. Старайтесь!»

– Теперь не отвертятся! – усмехнулся Зелгони.

Кабина вездехода. Полуразрушенные желийские купола у подножия хребта Рисахэи, Шидал нанимает проводника. Вход в заброшенную шахту. Манокарцы выстраиваются полукругом, с парализаторами наготове. Появляется Тина (это сразу после того, как ей удалось выбраться из колодца, куда ее столкнул Гонщик). Падает. Манокарцы приближаются к ней – медленно и нерешительно, словно опасаясь, что она того и гляди вскочит на ноги. На нее надевают кандалы. Шидал тычет ее в бок носком ботинка, потом пинает по ребрам, но она не реагирует.

– А вот и оскорбление действием! – удовлетворенно промурлыкал адвокат.

– Вас это как будто радует? – сухо спросила Тина.

– О, простите, госпожа Хэдис! – Юрист слегка смутился. – Я просто оцениваю ситуацию как профессионал: чем хуже – тем лучше. Для вас все эти неприятности остались в прошлом, а каждая подобная деталь прибавляет лишний нуль к той сумме, которую я рассчитываю выбить из манокарского правительства.

Внутренние помещения звездолета. Тину тащат волоком по коридору, приковывают к стене. Потом она уже в сознании, и высшие манокарские чины приходят на нее посмотреть, среди них Шидал и Кезем. Жены администратора первого уровня Мажирава плюют в ее сторону.

– Моральный ущерб, – отметил Зелгони. – Прелесть, я их за глотку возьму!

Роскошно обставленный кабинет. Чиновники явно раздражены. Врывается Гонщик (тут Тина внутренне напряглась). Мажирав уговаривает, Гонщик стреляет в него из дезинтегратора.

– Любопытно, какой совершенный у него грим, – пробормотал адвокат. – Точнейшая имитация! Госпожа Хэдис, это очень существенный момент: теперь неопровержимо доказано, что Манокар причастен к межзвездному терроризму. Это ослабляет позицию Манокара – и, как следствие, усиливает нашу позицию. Мы выиграем.

«Интересное еще не кончилось, это только начало, – посулил комментатор. – Смотрите дальше – и у вас кровь в жилах застынет! Впереди вас ждут такие первосортные ужасы, какие вам и в ночных кошмарах не снились!»

Избитые Гонщиком чиновники приходят в себя и покидают кабинет. Около тела Мажирава остается подвергнутый остракизму Шидал… и кто-то еще. Этот второй, невидимый, протягивает Шидалу бластер.

За дальнейшим развитием событий Тина наблюдала, удивленно подняв брови: Шидал не вызывал у нее симпатии, но то, что этот тип взбунтовался, делало его на свой лад выдающимся человеком – ведь каждому манокарцу с пеленок внушают, что наказания надо принимать покорно и безропотно, как должное.

Дволлы пожирают людей. Шидал и его незримый спутник запираются в кабинете Мажирава и стирают записи. Шидал глотает шоколадную конфету, пьет вино из платинового кубка и рассуждает об «идеологической жвачке для рядовых манокарцев», насмешливо глядя прямо на зрителей.

«Обаятельный персонаж, не правда ли? – спросил комментатор. – Президент Пенгав любит повторять, что каждый манокарец способен на подвиг. Теперь мы сами увидели, на какие подвиги способен рядовой манокарец! До свидания, дорогие зрители, до встречи в новом выпуске!»

– «Перископ» всегда выдает что-нибудь в этом роде, – заметил адвокат. – Я регулярно покупаю их продукцию, хотя она безумно дорогая. Но эти расходы окупаются – иногда я нахожу таким образом перспективных клиентов, как нашел вас. Кстати, по сведениям из дипломатических источников, Пенгава чуть не хватил удар, когда ему показали этот фильм.

Тина кивнула. Потом, собравшись с мыслями, заговорила:

– Для меня остались неясными две вещи, господин Зелгони. Во-первых, рядом с Шидалом постоянно кто-то находился, но ни в одном кадре его нет. Шидал как будто ведет с кем-то диалог, но реплик собеседника не слышно.