Антон Орлов - Антираспад

– Не единственный! – запарковав машину между двумя сугробами, возразил Норберт. – Во-первых, до сих пор ты близко знала только нашего отца и тетку. Таких, как они, на самом деле немного. Сама увидишь. А во-вторых, ты тоже почти взрослая. Ты провела в Тренажере полтора года, сейчас тебе шестнадцать.

– Да. Кроме папы и тети Лионеллы, я еще знала Карен. Она вела себя не так, как другие взрослые, а потом забрала эту проклятую коробку и заперла меня в Тренажере. – Илси шмыгнула носом, уткнувшись в воротник шубы.

– А что она, по-твоему, должна была сделать? Если учесть, что в коробке лежал предмет, из-за которого чуть не передрались представители нескольких миров?

Девочка что-то пробормотала – еле слышно, Норберт не разобрал ни слова.

– Что-что? Не понял.

– Взять меня с собой, – чуть громче повторила Илси.

– Н-да… – Редко бывало, чтобы Норберт не мог сообразить, что ответить. Так и не решив эту задачку, он распахнул дверцу автомобиля: – Пойдем!

К дому он двинулся первым, протаптывая тропинку в снегу. Сестра шла следом, но возле самой двери вдруг выскочила вперед, сбросила шубу ему на руки и юркнула в подъезд.

– Ты что? – Норберт догнал ее на площадке второго этажа.

– Я хотела проверить, нет ли тут еще киллеров. Нету!

В квартире было холодно; в комнату, где прошлой весной жил Зеруат, сквозь разбитое окно намело снега. Норберт опустил жалюзи – они сразу начали колыхаться и стучать о стенку. Поплотнее закрыл дверь. Илси тем временем сбросила куртку, закатала рукав отделанной кружевами шелковой кофточки. Выше локтя серебрилась татуировка.

– Нор, смотри – у меня эмблема Тренажера!

– Здорово! – Он улыбнулся. – А ты прямо в этом тренировалась?

– Нет, Тренажер выдает другую одежду. Свою я только сегодня назад получила, кружева там не уцелели бы. У тебя нет мороженого?

– Завтра купим.

Назавтра примчалась тетка. Долго охала и причитала, уговаривая Илси вернуться домой, но та твердо заявила, что останется жить у брата (еще одно изменение, отметил Норберт, раньше ее на это не хватило бы!). Вечером приехал отец, чем-то озабоченный, раздраженный. Потребовал, чтоб Илси хотя бы ночевала дома – «иначе из-за ваших фокусов на меня начнут пальцем показывать». Брат и сестра решили, что на такой компромисс можно согласиться.

Теперь Илси проводила ночи в губернаторской резиденции, по утрам отправлялась в школу, оттуда – к Норберту, а возвращалась в резиденцию только поздно вечером.

– Я думала, папа теперь будет лучше ко мне относиться, – разочарованно призналась она как-то Норберту. – Я ведь стала сильной, ничем не болею. Но они с тетей почему-то совсем не обрадовались!

Норберт познакомил ее с Олегом и Амандой. Олег, понятно, был в восторге. В свободное время он в офисе возился с дешифровкой схемы, жалуясь на то, что их фирменный компьютер не настолько мощный и быстрый, как машина Зеруата на Раглоссе.

– Эта схема трехслойная, но все три слоя помещены в одной плоскости, – объяснял он Норберту, Илси и Аманде. – Первый слой – изображение сектора звездного неба, наблюдаемого с Алзоны, из центра Империи. Причем не сегодня, а тысячу лет назад. Второй – планетная система. Третий – поверхность планеты. Все это зашифровано в точечном коде Ларгелиуса, знаменитого математика и программиста ранней Империи. Зеруат воспроизвел схему с ошибками. Видимо, когда-то в прошлом он специально тренировал память для запоминания сложных структур, но с годами растерял навыки.

– А когда ты расшифруешь, мы полетим туда все вместе? – с надеждой спросила Илси.

– Не раньше лета, – вместо Олега ответил Норберт. – Тебе надо школу закончить.

– Но ты ведь не улетишь без меня, Нор? – В ее взгляде появилась тревога.

– Нет. Без тебя не улечу.

Он хотел поскорее адаптировать сестру к нормальной жизни, исправить то, что сделали с ней тетка и отец. Тренажер дал Илси многое, но не научил ее общаться с другими людьми. Там, в Тренажере, у нее и не было никакого общения – только бесконечные сверхинтенсивные тренировки; теперь она знала, как поступить, наткнувшись на киллера в темной квартире, зато терялась в простейших повседневных ситуациях. Ничего, решил Норберт, через два-три месяца это пройдет. Илси легко усваивает новое.

Губернатор прохаживался взад-вперед по галерее, облицованной алзонскими светящимися панелями. Импортная новинка. Днем панели накапливали энергию, ночью отдавали. Тут было светло и уютно, и ему почти удалось расслабиться, но вот послышались торопливые семенящие шаги; в тусклом проеме, который вел на лестничную площадку, возникла Лионелла. Губернатор сдержанно поморщился: он запретил кому бы то ни было тревожить его здесь. Если б все они знали, как он нуждается в отдыхе!