Олег Синицын - Сюжет

- Приличный получаешь доход? - вновь спросила она.

- Ух ты! Вот это книга! - воскликнул Сергей, поднимаясь к книжной полке и думая, что это выглядит естественно, но на самом деле получилось так, словно он собирался избежать ответа на вопрос. Но ему было нужно выполнить задание Юрика - посмотреть название книги.

Однако добраться до книжной полки он не успел. Леа быстро поднялась и, наклонив его голову к своей, втянула его язык. Сергей мгновенно забыл про книгу и обнял её, гладя спину и бедра. Он ещё раз убедился, что ножа при ней не было. Трусиков, впрочем, тоже.

Когда она оторвалась от него, Ковалевский произнес:

- Можно ещё коньяку?

Они снова выпили, и Сергей почувствовал, что вместе с разливающимся по телу теплом, чувство страха перед этой женщиной исчезает. Осторожность тоже.

- Мне нравится твоя квартирка, - сказал Сергей. - Ты живешь одна?

- Да, - с жаром произнесла Леа.

- Телевидение презираешь?

На секунду в её глазах отразилось недоумение. "Она даже не знает, что в квартире отсутствует телевизор!" - понял Ковалевский.

- Почему? - спросила она.

Точно. Не знает.

- У тебя в квартире нет телевизора!

Она натянуто рассмеялась.

- Еще не накопила на телевизор.

"Да-да, - подумал Ковалевский. - На шикарный ремонт денег хватило, а на паршивый телевизор, цена которого раза в три меньше аквариума в соседней комнате, ? нет!"

На глаза вновь попалась полка с книгами.

- Любишь книги? - спросил он.

- Обожаю! - ответила она. - У меня их целых...

Леа обернулась к полке, очевидно, чтобы посчитать экземпляры, и с удивлением обнаружила, что там стоит единственная книга.

- Одна... - растерянно произнесла она.

- Наверное, очень интересная, - заметил Ковалевский.

- Попробуй икру, - мгновенно сменила тему Леа, подливая коньяку. Сергей съел бутерброд с икрой и, восхитившись её качеством, опять забыл про томик на полке.

После четвертой рюмки (Ковалевскому Леа опять налила больше), она запрыгнула на него и начала стягивать майку. Откинувшись на подушки, Сергей попутно проверил и их. Ножа не было.

- Ох! - простонал он, чувствуя тело Леа.

Ситуация начинала перетекать в ту фазу, против которой активно протестовал Юрик. "Но, черт возьми! Ему по телефону легко говорить, подумал Ковалевский. - А оказался бы он здесь на моем месте, под этими умелыми ласками!"

Ее руки потянулись к тому самому месту. Ковалевский начал отползать. Леа продолжала тянуться к нему. Сергей отступал. В результате он свалился с кровати.

После падения он не забыл заглянуть под кровать. Ножа там тоже не было. Где он?

- Ты не ушибся? - заботливо спросила девушка.

Сергей поднялся, потирая голову и изображая боль. Он был готов сколько угодно корчиться в муках, лишь бы оттянуть следующее прикосновение Леа.

- Может, - спросила она, - ещё коньяку?

Ковалевский понял, что она хочет напоить его и заколоть практически без сопротивления. Но как же действовали советские разведчики, которые напивались в кругу врагов, но тем не менее оставались совершенно трезвыми?

Сергей в третий раз, словно заново, увидел пухлый томик.

- Значит, любишь читать? - спросил он словно невзначай, но по сути это прозвучало навязчиво. Не обращая внимания на руки, ласкающие его, Ковалевский встал и подошел к полке. Леа тихо приблизилась сзади и начала гладить его живот.

Книга была старой и замусоленной. Теперь он понял, почему Юрик и Павлик не смогли прочитать название. На обложке оно попросту отсутствовало.

Руки Леа опустились ниже живота.

От неожиданности Ковалевский раскрыл книгу, на пол скользнул какой-то листок. Леа быстро отстранилась и бросилась его подбирать. Продолжая держать книгу, Сергей попытался помочь.

За листок они схватились одновременно. Текст на нем был повернут к полу.

- Положи его, пожалуйста, в книгу, - попросила Леа. - Это чужой список.

Ковалевский подчинился и только на секунду перевернул листок перед тем, как вложить между страниц.

Это был список из семи пунктов. В каждом пункте стояло короткое название в кавычках. Названия были на английском языке. И хотя Сергей в принципе мог прочитать английский текст, в данный момент он этого сделать не успел.

Он раскрыл книгу, чтобы положить туда листок, и увидел название:

William Shakespeare

Hamlet

Было трудно не понять, как называется произведение.

- Ты читаешь "Гамлета"? - спросил Ковалевский.

- Если это "Гамлет", то, значит, его окаянного и читаю, - ответила Леа, возвращая книгу на полку.