Олег Синицын - Сюжет

В фильме ни с того ни с сего появлялись неизвестные люди, мешали главному герою, пытались его убить, подсовывали ему большегрудых девиц. Узкоглазый Комбо падал в помойные ямы, гремел по железным лестницам полуразрушенных металлургических заводов, разбивал в баре бутылки о головы преследователей. Пару раз он успел переспать с разными девицами, и эти сцены Ковалевский назвал лучшими, руководствуясь не игрой актеров и постановкой, а количеством обнаженного женского тела на минуту фильма.

Девушка, которую он спас вначале, больше не появлялась. В сюжетные дыры этого фильма мог провалиться слон. Павлик то и дело вздыхал, просматривая следующий эпизод. И так продолжалось почти полтора часа. Драки, погони, перестрелки, ломаный ход сюжета. За всеми "плохими парнями" стоял один человек, которого харкающие кровью, умирающие на руках у Комбо преследователи называли Мастером. В конце фильма бывший полицейский все-таки отыскал сокровища на какой-то свалке под ржавым автобусом с круглыми фарами. Как только он приблизился к сокровищам, на экране появилась надпись:

"Конец".

- Все! - перевел дух Юрик.

- Гениальный фильм! - с укором глядя на Павлика, произнес Ковалевский. Божедай прятал глаза.

- Я не знал, о чем фильм, - оправдываясь, произнес он, мучительно думая о том, почему не заметил эпизод, который наблюдал, когда в первый раз смотрел фильм. Эпизод, в котором трое громил в черных пальто допытывались о каком-то чипе у главного героя.

- Фильм просто потрясающий! - продолжал издеваться Ковалевский. - Я думаю, пара "Оскаров" украсят его черно-белые титры в самый раз.

- Слушайте, а я так и не понял - в какой стране происходило действие? - пожаловался Юрик.

- Это ты нам фильм переводил, - сообщил ему Сергей. - Если ты не понял, то о нас и говорить нечего!

Юрик поглядел на часы.

- Так! - воскликнул он. - Нам нужно спешить в университет.

- Плевал я на университет, - сказал Сергей. - Вы мне настроение испортили этим фильмом. Пойду утешаться к Галочке.

- Той, что с Центрального проспекта? - поинтересовался Павлик.

- Нет, она из Перестрелкино, - ответил Ковалевский, быстро глянув в зеркало и легким взмахом поправил прядь выбившихся из прически волос.

После фильма Павлик отправился на следующую лекцию, но Юрику не хотелось на неё идти. Прогуливаясь по пустым коридорам он нос к носу столкнулся с заведующим кафедрой Зурабом Николаевичем Кабашвили, выходящим из своего кабинета.

Высокий, стройный, аккуратный, одетый в извечный костюм-тройку, Кабашвили являл собой истинный облик университетского профессора. Волосы его были наполовину седыми, на горбатом носу сидели очки с такими толстыми линзами, что глаза с трудом просматривались сквозь них. Кабашвили считался одним из "нормальных" преподавателей. Его лекции разбавлялись шутками, смешными историями и слушать их было одно удовольствие.

- Господин Прохоров! - удивленно произнес завкафедрой с легким грузинским акцентом. - Если мне не изменяет память, у вас сейчас должна идти лекция по контрольно-измерительным приборам!

- Да, я знаю, - спокойно ответил Юрик. - Но я спешу к Аренштейну. У него наметился прорыв!

- Да что вы говорите! - почти не высказал удивления Кабашвили. - И где же у него наметился прорыв? В трубе водяного отопления?

- Нет... - Юрик замялся, понимая, что профессор не поддался на выдуманную второпях ложь. - Просто...

Кабашвили взял его за руку.

- Не надо лгать, Юрий, - сказал он. - Я ценю вас как талантливого студента. Возможно - как будущего великого ученого. Но прежде чем стать таковым, нужно учиться.

Юрик опустил голову. Ему сделалось стыдно.

- Мне скучно на лекции, - признался он. - Что проку терять два часа, когда я усваиваю материал, прочитав чужие записи за десять минут!

На этот раз настала очередь замолчать Кабашвили.

- Понятно, - ответил он наконец. - Но тогда, что вам нужно от университета, господин Прохоров? Вы хотите получить красные корочки или чему-то научиться?

Юрик поднял голову и взглянул в понимающее лицо заведующего кафедрой.

- Я сам толком не знаю, - сказал он. - Мне не приходил в голову этот вопрос.

- Тогда задумайтесь, Юрий, - посоветовал Кабашвили. - Вы подаете большие надежды. Было бы очень обидно, если бы после окончания "Автоматизированных процессов" вы ушли в коммерцию или бизнес. Да, наука сейчас не денежная сфера. Но вам предстоит выбрать то, чего желает сердце. Поэтому, простите что повторяюсь, внимательно подумайте - к чему вы стремитесь, обучаясь нашей специальности. Если захотите учиться, приходите ко мне в любое время. Обсудим, как можно выйти из положения... А теперь извините, господин Прохоров, мне нужно идти.