Олег Синицын - Сюжет

- О Господи! - пробормотал он.

Водитель повернул к нему голову и ответил:

- Вообще-то все меня называют "Иисусом". Не правда ли - странно! - Он противно захохотал.

"Этого не может быть! - говорил про себя Ковалевский. - Это не маньяк, по прозвищу "Иисус", который преследовал Павлика на кладбище, который гонялся за Юриком по университету, которого, по словам друга, сожрало чудовище, выведенное в секретной лаборатории США".

Сергей вдруг засмеялся. Водитель подозрительно посмотрел на него.

Ковалевский с самого начала не поверил в рассказ Прохорова. Он казался бредом. Так и есть! Генетическое чудовище не сжирало маньяка. "Иисус" сидел сейчас рядом с Ковалевским и преспокойно управлял автомобилем.

Ошибка Прохорова ничего не меняла. Как бы положительно не вел себя "Иисус", на самом деле он является психопатом и безжалостным убийцей.

Маньяком.

Сергей дотронулся до приборной доски, палец угодил во что-то влажное и липкое. Он поднес пальцы к глазам. Они были перемазаны в красном...

Повернув голову, "Иисус" посмотрел на Ковалевского и улыбнулся ему, обнажив гнилые зубы. Сергей натянуто улыбнулся в ответ, с ужасом думая о приборной панели, перепачканной в крови. Это чужая машина! Маньяк убил владельца, чтобы завладеть ею.

Дорога повернула, и взору Ковалевского открылось широкое поле. Сергей на мгновение забыл про маньяка, припав к лобовому стеклу.

Поле усеивали огромные воздушные шары. Глядя на хаос форм и расцветок, можно было сойти с ума. Готовились к взлету и уже висели в небе монгольфьеры в форме булочки, по размеру не меньше грузовика; в форме пятиметровой тапочки "Найк", чайника на несколько тысяч литров, гипертрофированно увеличенного мобильника. Однажды, среди других промелькнула огромная фига.

- Что это? - ошеломленно пробормотал Ковалевский.

- Общество "Подъемная сила" и федерация воздухоплавания каждую осень проводят фестиваль воздушных шаров... - прошипел "Иисус" и заключил: Ненавижу!

Ковалевский с опаской посмотрел на него.

Маньяк перевел взгляд на Сергея. Его гнилые зубы обнажились в оскале, по подбородку текла слюна.

- Пользуешься одеколоном "Цептор"? - спросил "Иисус".

- Да...

- Ненавижу!

В последний момент Ковалевский успел схватить его руку с ножом. Маньяк набросился, выпустив руль.

- Ты что, идиот? - воскликнул Сергей.

Неуправляемый автомобиль мотнуло. Маньяк захохотал, и от этого хохота Ковалевского прошиб пот. Обеими руками и весом тела "Иисус" давил на рукоять ножа, острое жало которого нависло над ключицей Сергея. Ковалевский едва сдерживал напор сумасшедшего.

"Жигуленок" соскочил с дороги и полетел по полю, прямо в гущу воздушных шаров. Руль вращался как ему заблагорассудится. Автомобиль подбрасывало на кочках. В одном из таких прыжков, Ковалевскому удалось оттолкнуть "Иисуса", и тот врезался затылком в крышу салона.

С разных сторон послышались крики. Ковалевскому на секунду удалось посмотреть вперед, и он обнаружил, что "жигуленок" летит на воздушный шар в форме пивной кружки. Шар готовился оторваться от земли, но избежать столкновения уже было невозможно. Люди разбегались в разные стороны, аэронавт спешно покидал корзину.

Сергей попытался схватить руль, чтобы избежать столкновения, но "Иисус" снова набросился на его. Ковалевский опять перехватил руку с ножом. Так, сцепившись в одной из поз Камасутры, они въехали в воздушный шар.

Плетеную корзину подбросило. Мешки с песком ударили по лобовому стеклу и выбили его, осыпав дерущихся мелкими осколками. Ковалевский успел закрыться, а лицо маньяка здорово посекло, сделав похожим на забрызганное брусничным вареньем.

Автомобиль зацепил бампером одну из веревок, которые свисали с корзины, подпрыгнул на ухабе и перевернулся. Крыша заскользила по сухой земле, постепенно сминаясь. В перевернутое зеркало Ковалевский увидел, что воздушный шар в виде пивной кружки тащится за ними.

Со скрежетом автомобиль остановился, подняв тучу пыли. Маньяк отцепился от Сергея и проворно проскользнул в проем лобового стекла.

- Стой, подлец! - воскликнул Ковалевский.

Он выбрался из автомобиля и увидел, что "Иисус" вскарабкался на корзину воздушного шара. Корзина висела в полуметре над землей. Шар рвался в небо, но его держала веревка, зацепившаяся за бампер перевернутого "жигуленка".

"Иисус" подобрался к горелке, нагревающей воздух в шаре, и крутанул маховик подачи топлива. Пламя пыхнуло, увеличившись в несколько раз. Шар недовольно затрепетал брезентом, загудел и резко пошел вверх. Веревка, связывающая его с автомобилем, натянулась струной.