Олег Синицын - Сюжет

- Говорят, что он жил в монастыре некоторое время, пока его не схватили и не содрали с живого кожу. Сокровища так и не нашли. Полагают, что Корбэйн спрятал его в древних стенах монастыря.

- Что ты знаешь о Корбэйне?

- Только то, что сказал. Я рекламный агент, а не историк. Отпустите меня.

Сергей разжал руки, отпустив пиджак человека. Тот заговорил:

- Среднереченский монастырь знаменит не только своей историей. Прежде всего это уникальное сооружение с удивительной архитектурой и великолепным парковым ансамблем...

- Плясал я как-то в одном ансамбле, - сказал Ковалевский. - Как туда добраться?

- На поезде. С Московского вокзала туда отправляется поезд.

- Монастырь расположен далеко?

- Около часа езды.

Сергей присвистнул. Он ещё не сталкивался в сюжете с такими расстояниями.

- Ты не обманываешь меня? - с угрозой спросил Ковалевский.

- Помилуйте! Да зачем же мне это! Я лишь рекламный агент.

- Который поезд?

- На нем будет написано, - ответил человек. - "Среднереченский монастырь".

Сергей бросился к выходу из магазина, а человек с плакатами продолжал говорить ему вслед:

- Вы не пожалеете, что съездите туда! Это великолепный отдых.

Ковалевский усмехнулся на слова об отдыхе.

Перед дверью кабинета заведующего кафедрой в кармане у Юрика прозвучал сигнал сотового телефона. Он быстро взял трубку.

- Юрик, это я! - кричал в трубку Ковалевский, не в силах унять эмоции. - Я нашел сюжет! Корбэйн, сокровища - об этом только что рассказал мне один тип!

Юрик почувствовал, как у него словно камень с души свалился.

- Это просто отлично! Тебе нужна помощь?

- Пока нет. Я еду на Московский вокзал.

Юрик выпучил глаза.

- Это зачем же?

- С вокзала идет поезд к Среднереченскому монастырю. По преданию именно там Корбэйн спрятал сокровища.

- Слушай, Серега. Чтобы ты знал. Я разговаривал с Мальвининым. Помнишь легенду о Корбэйне? Интересная вещь получается. В первом фильме действие легенды происходит на Востоке, второе в Европе, третье в Аравии.

- Хорошо, буду иметь ввиду.

- Удачи тебе! Звони, когда будет результат или как только потребуется что-нибудь.

Ковалевский отключился. Юрик на секунду замер перед дверью кабинета завкафедрой. Случилось то, что ещё час назад казалось невероятным. Ковалевский все-таки нашел сюжет. Теперь Юрик мог спокойно поговорить с Кабашвили. Однако перед этим он решил позвонить Юле.

- Ковалевскому удалось это! - сообщил он.

- Я рада, - ответила девушка. - Ему нужно чем-то помочь?

- Пока нет. Я иду к Кабашвили. Потом скорее всего отправлюсь на подмогу Ковалевскому.

- Я надеюсь на вас, ребята, - сказала Юля.

- Я буду звонить, - ответил Юрик.

- Только не пропадай насовсем! - произнесла она на прощание.

Юрик некоторое время держал в памяти её голос, затем подумал о том, насколько повезло Павлику, и с легким сердцем вошел в кабинет Кабашвили

- Зураб Николаевич? - спросил Юрик, миновав порог. - Можно к вам?

Кабашвили, сидя за столом, что-то писал. Его знаменитые очки с толстыми линзами лежали рядом. Он оторвался от бумаг, сощурив глаза, посмотрел на Юрика, но, так и не разглядев студента, раздосадовано помотал головой и надел очки.

- Юрий Прохоров! - произнес он. - Очень рад.

Юрик прошел в кабинет, одну стену которого занимал гигантский стеллаж с книгами. Кабашвили встал и протянул руку для приветствия. Юрик пожал грубую мозолистую ладонь и опустился на стул.

- Я слушаю тебя очень внимательно.

- Зураб Николаевич, - начал Прохоров. - Я много думал о нашем разговоре во вторник. И я принял решение, что хочу учиться.

Зураб Николаевич улыбнулся, морщины на лбу разгладились.

- Я бы сказал, что ты уже учишься, и это дается тебе без усилий. Знаешь, головы студентов напоминают пористые губки. У кого-то они большие, у кого-то маленькие. Меньшая губка впитывает меньше воды. Большая губка должна впитывать больше. Твоя голова это большая губка, Юрий, но сейчас она впитывает очень немного знаний из того объема, который может впитать.

- Я понимаю, - сказал Юрик. - Именно поэтому я пришел к вам. От Николая Григорьевича Мальвинина я узнал о Теории вероятностных событий.

- Вот как! - произнес Кабашвили, откидываясь на спинку стула.

- Я хочу изучать эту теорию, Зураб Николаевич!

Кабашвили усмехнулся.

- Предположением Эйнштейна занимаются лишь несколько человек в мире. Серьезные ученые в него не верят. Ты хочешь посвятить себя проблеме, за которую в научном мире можешь подвергнуться гонениям?