Давно ее не рассматривали как породистое животное, давно не встречали по одежке. Вероника кусала губы, мысленно ругая себя за то, что ввязалась в предприятие, досконально и тщательно не изучив детали. Теперь ей придется две недели терпеть компанию недоумков, доказывать, что она не лошадь и терпеть снисхождение.
– Вещи убирать будете? – спросила полная женщина.
– Что? – не поняла Вероника.
– Я говорю, если вещи убирать будете – я встану.
Вероника схватилась за лямки рюкзака, но тут же подумала, что самое простое в ее ситуации – сойти с поезда. Вот так просто выйти, никому ничего не объясняя, и уйти. Через несколько часов она сядет на Московский поезд, а через день уже будет бродить по Арбату, рассматривая матрешек-президентов, а там… Там…
Вероника отпустила лямки.
– Нет, – сказала она себе. – Уходя, уходи.
Женщина поняла это по-своему и, равнодушно пожав плечами, углубилась в чтение журнала.
Вероника не хотела возвращаться. Она не хотела этого больше, чем терпеть плохую компанию, ехать неизвестно с кем, неизвестно куда.
Ее сознание привлек шум с перрона. Она машинально посмотрела на часы и отметила, что до отправления осталось две минуты. Под окном замелькали разномастные рюкзаки, тюки, перетянутые резинками от эспандера, брезентовые чехлы. Перрон на секунду стал напоминать кадры из фильма про гражданскую войну. Истошный вопль проводницы потонул в грохоте падающих на пол предметов.
– Куда? Куда прешь? – летело из тамбура.
Вероника встала со своего места:
– Я сейчас приду, – сообщила она.
Лавируя между клетчатыми сумками и торчащими из купе пятками, она боком пробиралась к выходу. В проходе сидел Лари, он безуспешно пытался стянуть рассыпавшуюся связку алюминиевых труб:
– Ты куда?
– Помочь, – невозмутимо ответила Вероника.
– А, ё-е! – простонал Лари.
Было непонятно, относится «ё» к Веронике или все дело в трубах, но в следующую секунду очередная лямка лопнула, и грохот наполнил коридор. Это на миг отвлекло проводницу, которая грудью стояла на защите вагона и вбивала в пол молодого человека в очках. Парень безуспешно втискивал красную пластиковую лодку. Лодка в вагон не входила. Она прочно застряла между тамбуром и туалетом, поворачиваться не хотела и упиралась в матовый белый фонарь на потолке. С каждым ударом проводницы парень пригибался к полу, он толкал красное тело, пытаясь согнуть его пополам. Однако шансы были неравными. Проводница превосходила своей комплекцией, по меньшей мере, вдвое. Единственное, что ей мешало выбросить молодого человека из вагона, была сама застрявшая лодка, и проводница довольствовалась нанесением коротких ударов.
Сообразив, что противник на некоторое время отвлекся, парень прыгнул на лодку. Лодка достаточно изогнулась и ввалилась в вагон. При этом раздался хруст, стук и печальный звон посыпавшегося на пол оргалита.
– Караул, – закричала проводница. – Премии лишают.
Она метнулась к парню, и с трудом избежав соблазна задушить его на месте, исчезла в тамбуре. Вероника видела, как мелькнула за окном ее форменная рубашка. Всего через полминуты она явилась в сопровождении стрелков транспортной милиции. С улицы долетала перебранка, постепенно голоса становились вялыми, и, когда поезд тронулся, мужской голос сказал:
– Ну, что я теперь сделаю?
– Протокол составь, – настаивала проводница.
Вероника не слышала, чем закончился разговор, потому что была поглощена переноской вещей. Она поняла, почему ее попутчики решили прятаться и заносили вещи за несколько минут до отправления. Теперь их просто невозможно высадить, а задерживать поезд из-за тюка труб и пластиковой лодки никто не станет.
– Теперь я точно знаю, – довольно объявил парень, заносивший лодку, – что мой каяк в поезда заходит.
– Кто трубы связывал? – ныл Лари.
Компания была сильно возбуждена, и невольно всеобщее ликование передалось Веронике. Она стояла, оперевшись локтем о верхнюю полку, пока на нее не обратил внимания парень, говоривший с ней на перроне.
– Садись, Москвичка. Как тебя зовут?
– Вероника, – представилась девушка.
– Это мы уже знаем, – согласился парень.
– А еще?
– Что? Имя – отчество?
– Не-ет, – растянул он. – Мы тебя как будем звать?
– Зачем?
– Ну, знаешь ли. В походах не принято по имени. Вот, например, этого парня зовут Лари. Хотя никакой он не Лари, конечно, а Ларин Сергей и отвечает за топливо, потому что штатный поллитрук. Это – Доктор Педалис, – молодой человек показал на мускулистого парня. – Ясное дело Доктор, по совместительству Педалис.
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу