Илья Модус - Катарсис Империи

- Вилли, успокойся. Разве я не пообещал тебе свою помощь? Разве я отказал протянуть руку, в этот трудный для немецкого народа час? Несмотря на то, что на моих дальневосточных границах - война, в стране - смута, а сам я повязан, как удавками - ложью и французскими кредитами, разве я обрекаю тебя на одиночную войну с Англией? Видит бог, никто не хочет кровопролития, но нет сомнений, что английские подлости ведут к затяжному и ужасающему конфликту.

- Никки, брат мой... спасибо! За предупреждение, за теплые слова. И вам, герр Модус так же, величайшая наша благодарность! Теперь Германия будет готова к предательству! Мы выкуем собственное оружие, не уступающее, нет! Превосходящее английские корабли в разы! Пусть только посмеют высунуться из своего Скапа Флоу - я перетоплю их в этой смрадной луже, как беспородистых щенков!

Я наблюдал, как беснуется правитель одной из самых мощных экономик мира. Эмоциональный взлет Вильгельма был настолько резок, закономерен и энергичен, что я мог буквально ощущать вырабатываемое им электричество. К счастью, некоторые занятия по психологии я выучил наизусть.

- Ваше величество, позвольте дополнить!

- Герр Модус! За ваши труды я готов вас осыпать наградами, если мой кузен не будет против! Но, если у вас есть еще сведения, которые помогут германскому народу - клянусь Богом, я вас озолочу!

Николай хитро улыбнулся мне. Он догадывался, о чем я собираюсь попросить кайзера. И, то, что сейчас Вильгельм был "заряжен" на крестовый поход во славу немецкого оружия, было нам только на руку.

- Английский проект из всех, о которых мы говорим - наиболее опасен. Французы планируют разношерстый главный калибр, что делает их слабыми противниками при дальнем огневом контакте. Американцы, хоть способны создать конкуренцию англичанам - ставят себе жесткие лимиты по водоизмещению. Кроме того, они изначально не заложили в свои корабли возможность модификации, что станет губительным. В дополнение ко всему, американцам неизвестно, что английский корабль вот-вот уже будет заложен в металле, и они неспешно проектируют свой. Поэтому, в данный момент мой Корпус расценивает именно англичан в качестве основных противников. Сами посудите: десять орудий главного калибра, из которых в бортовом залпе могут участвовать восемь - это не шутка. Считайте - два броненосца. Но, англичане в одном корабле имеют целую эскадру - а это преимущество. Сейчас они хотели бы установить на свой корабль не десять, а пятнадцать орудий главного калибра. Однако, даже пресловутая английская промышленность не справится с таким заказом к сроку, который планируется для сдачи корабля. Для создания одного такого гиганта, не говоря уже о серии, им придется резко сократить финансирование строительства других своих кораблей. Англия, потуже затянувшая пояса на пару-тройку лет - это отличный способ для того, чтобы оставить их с носом. При должном уровне сотрудничества и подготовке, с нашими планами, анализом и ресурсами, вашей технологической и инженерной базой - мы сможем если не опередить англичан в строительстве равноценных кораблей, то, как минимум не отстать безнадежно.

- Постойте-ка, дорогой друг! Ваши слова несут именно тот смысл, который я в них вижу? Никки, я не ошибаюсь? Союз?

- Да, мой кузен. Союз, построенный на доверии, взаимном уважении, помощи и заступничестве. Я клянусь, что приложу все усилия, чтобы, если так решит Господь, тебе придется скрестить мечи с Англией, ты будешь не один.

- Это музыка для моих ушей, Никки! Союз, который поставит мир на колени!

- Вилли, мой друг, прошу тебя, успокойся. То, что все остальные страны будут нас уважать, а кое-кто побаиваться - это верно. Но, пока - это только планы на ближайшее будущее. Сейчас я погряз в этой подлой войне с Японией.

- Почему же подлой? Это будет победоносная война! Я уверен, что ты разобьешь этих азиатов!

- Не все так просто, дорогой кузен. Как я уже говорил, я убираю от двора всю эту профранцузскую клику. Пока это выглядит больше, как отрешение проворовавшихся чиновников, чтобы не возбуждать излишек подозрений. Но, как только Англия и Франция подпишут свое "Сердечное согласие", как только этот договор будет окроплен всеми нужными подписями, я порву с Францией. Дерзко, безоговорочно, в одностороннем порядке. Я выложу в мировой прессе подробности их договора, так, чтобы обличить Лондон и Париж в их лжи и коварстве. Без сомнения, Франция будет умолять меня не делать этого. Не сомневаюсь, будто они считают, что смогут удержать меня нынешними кредитами или новыми подачками. Будь уверен, Вильгельм - как бы ни было мне тяжело в финансовом вопросе - я не пойду на сохранение мира с Францией, как только она заключит договор против тебя с Англией.