Почему приятный? Да потому, что он не связан с отказом от каких бы то ни было радостей (причем как земных, так и небесных), чего требует, напри мер моизм, разновидность китайской альтруистической философии, которую не следует путать с маоизмом. Более того, он не связан с отказом от желаний, вызываемых созерцаньем прелестей формы, звука, обоняния, осязания, цвета и, наконец, прелестей физической любви, как того требует, например, буддизм. Совсем наоборот, даосизм призывает к развитию всех свойственных человеку чувств ради заложения основ полноценной и здоровой жизни и полнокровному переживанию как земных, так и небесных радостей. Впрочем, даосы вообще не признают существования сей разграничительной линии, поскольку в состоянии экстаза, оба этих вида радости объединяются в одно целое, ибо творческое переживание мира подразумевает единение не только с ним, но и с самим его Творцом.
Таким образом, я осознал на своем личном опыте справедливость даосской идеи о том, что никакие мировые проблемы не могут быть разрешены в отсутствие целостного подхода к проблемам любви и секса. Ибо практически все формы разрушительных человеческих импульсов, также как и все наши беды, вызванные алчностью, ненавистью и стяжательством, связаны с нарушениями половой жизни. И это при том, что источник любви и секса практически столь же неисчерпаем, как и сама вселенная. Данная идея принадлежит отнюдь не мне. Я просто пытаюсь возродить то, что было известно даосским философам уже тысячи лет тому назад: в отсутствие гармонии между Инь и Ян, которые являются источником человеческой жизни и наслаждения ею, нам не остается иного пути, кроме пути разрушения и смерти.
Джолан Чан Стокгольм, 1976 год
Для благополучного завершения любого дела
Нет ничего лучше бережливости.
Быть бережливым –
значит быть предусмотрительным.
Быть предусмотрительным –
Значит быть настороже и обладать силой.
Быть настороже и обладать силой –
Значит быть постоянно успешным.
Быть постоянно успешным –
Значит обладать безграничными возможностями.
Дао дэ цзин, чжан 59
Уже более двух тысяч лет тому назад (если не раньше) китайские врачи-даосы писали великолепные руководства по искусству любовной игры, отличающиеся большой детализацией, но, в то же время, нисколько не лицемерные, то есть написанные, что называется, «один к одному». Тем самым я хочу сказать, что эти описания полностью лишены как чувства похоти, так и пуританской стыдливости. Все это имеет очень простое объяснение: любовную игру даосы считали важным элементом, обеспечивающим здоровье и мужчин, и женщин. Согласно их философии, решающую роль играла именно техника любовной игры, целью которой являлось предельное совершенство «мужских способностей». Причем интересно отметить, что она широко популяризировалась средствами литературы и изобразительного искусства. Согласно древней шкале ценностей, способность мужчины к частой и длительной любовной игре ценилась намного выше, нежели такие качества, как молодость, красота или хозяйственность.
С точки зрения даосских врачей любовь составляет неотъемлемую часть природного миропорядка. А потому заниматься ею было не способом получения наслаждения, но заложением основ прочного здоровья и долголетия. Для того чтобы люди могли вкусить ценнейших плодов любовной игры, ими были сформулированы четкие правила «техники ее ведения», широко распространяемые посредством различных изобразительных средств, с целью обучения и обеспечения необходимой степени возбуждения. Филлис и Эберхард Кронхазен приводят в своей книге «Искусство эротики» поэму Чан Хуна (около 100 г. н. э.) описание образа действий четы новобрачных, использовавших подобный учебник для того, чтобы их первая брачная ночь навеки осталась в памяти:
Давай закроем дверь на золотой засов.
Пусть лампа ярко озарит покой наш брачный.
Сними одежды и косметику с лица сотри.
А я на стенке разверну давно забытый свиток
С изображеньем Ясной Девы [2] Имеется в виду такой известный персонаж китайской эротической литературы, как Су Нюй.
.
Давай сегодня изберем ее учителем своим,
Послушно повторив все позы и движенья,
Полученные некогда Чэнь Лао от Хуан Ди.
Не думай, как воспримет это зрелище ханжа.
О, только б эта ночь осталась незабвенной
До наших смертных дней. [3] См. “Erotic art” by P. and E. Kronhausen, p. 24.
Читать дальше