Тут мой взгляд упал на элегантную витрину бутика, торгующего элитной обувью. В голове зашевелилась мысль: а не утешить ли мне себя новыми туфельками, на которые я уже давно глаз положила? Почему нет? Зарплату мне повысили. Приду на торжественный банкет в новых туфлях. Хорошая идея – я решительно толкнула сверкающую стеклом и золотом дверь и под мелодичный звон колокольчика вошла в безукоризненно стильный зал.
Почему-то, как только я оказалась в магазине, бодрость и интерес к жизни опять покинули меня, и я растерянно застыла на месте. Рядом со мной немедленно материализовался утонченный, предельно элегантный ассистент («Явно из ЭТИХ, которые радужные», – мелькнуло у меня в голове) и стал меня обхаживать.
Я рассеянно слушала его воркование, совершенно не воспринимая слова. Голос у него был на удивление приятный, как и манера говорить.
– Мне бы туфли, – наконец, пробормотала я.
“Тебе никакие туфли не помогут вылезти из грязи. Не забывай, кто ты. Не мечтай, детка, только роль личной шлюхи, а на большее – не рассчитывай” – немедленно прозвучал в голове невыносимо презрительный голос Артема.
У меня даже внутри все сжалось от обиды, словно он реально стоял рядом со мной и говорил это. На миг закружилась голова, и я мысленно перенеслась в то мгновение, когда он грубо трахал меня в рот и “избивал” мою промежность ладонью. По другому этот процесс и не назовешь.
Парень улыбался и что-то говорил, но я прослушала.
– Простите, не расслышала, что вы спросили? – я густо покраснела, потому что в этот момент пялилась на его ширинку, а парень это, кажется, заметил.
– Какие туфли вам нужны, – со снисходительной улыбкой ответил он.
– Ой, простите, я сегодня себя неважно чувствую, рассеянная…. Для делового костюма. Что-нибудь очень элегантное.
Черт, что я такое несу? Я же знаю, зачем пришла. Почему не говорю прямо, по существу? Чего я вообще на этого продавца засмотрелась, он же явный гей!
– Сию минуту, – просиял радужный ассистент. – Уверен, у нас есть как раз то, что вам нужно!
Как по волшебству у него в руках возникла целая груда сверкающих золотом коробок, он усадил меня на бархатную банкетку, галантно опустился на одно колено и стал помогать мне примерять туфли. Прямо-таки королева и ее верный паж.
Я продолжала находиться в каком-то отупении. Ассистент все возился с туфлями, меняя пару за парой. Нужная мне модель, как назло оказалась в последней коробке.
– Вам не понравилось? – с хорошо разыгранным искренним сожалением спросил ассистент. – Через пару дней у нас будет новая коллекция и…
– Нет-нет, – перебила я его, очнувшись от ступора. – Все прекрасно. Я беру эту пару.
– Конечно-конечно, – уже с абсолютно настоящим облегчением выдохнул ассистент. – Прекрасный выбор. У вас отличный вкус.
Я наградила его кислой улыбкой.
Он принялся упаковывать туфли, стоя передо мной на коленях. И вдруг поднял на меня печальные золотисто-карие глаза и тихо пробормотал:
– Как говориться, все мужики сволочи, а счастье в хороших туфельках! – в слово «сволочи» он вложил совершенно искреннюю ненависть.
Я издала нелепый звук – нечто среднее между смехом и рыданием. Ассистент грустно кивнул и тихо процедил сквозь зубы:
– Уж я-то знаю!
Потом опять просиял профессиональной улыбкой, встал, помог встать мне, и мы направились к кассе. Да, теперь я точно уверена, что он стопроцентный гей. Какого лешего я смотрела на его ширинку, я ведь не такая озабоченная, как он мог подумать про меня…
Наконец я добралась до дома. По дороге я успела заглянуть в магазин с часами и купить два новых будильника.
Бесцельно побродив по своей крохотной, но уютной гарсоньерке, я отправилась в ванну, приняла контрастный душ, а затем, как была в банном халате плюхнулась на постель.
Надо бы поесть, но сил уже нет никаких. Плохая идея заваливаться сейчас спать – ведь когда проснусь, то будет тошнить от голода, а сам сон не принесет никакого отдыха. А с другой стороны, у меня и есть-то нечего.
В холодильнике мышь повесилась над заледеневшей лимонной коркой и блюдцем с содой (отличные поглотители неприятных запахов, между прочим). Даже кофе, и тот закончился. Вот попадалово! Но ничего, сейчас сделаю над собой усилие, дотянусь до телефона и закажу пиццу.
Огромную, с чесноком, перцем, салями и грибами. А завтра приду на работу вовремя, и буду дышать на всех чесночным перегаром. Представляю, как нежное обоняние босса будет страдать от этого. Это будет моя маленькая месть.
Читать дальше