Телепорт

Кружку повесили на гвоздик. Голую Алёнку уложили на полок, жопой к краю. Смазали кончик шланга вазелином и вставили в анус женщине. Открыли краник. Маша сказала, как дышать. Дед посматривал за процедурой. Хозяйка уже лобызалась с парнем. Недолго — в пизде начало чвакать ещё после звонка Алёны. Она взяла гондон, присосала его ртом и губами накатила на фалдус парня. Он офигел от такого мастерства.

Толик не знал, на что смотреть. На ебущуюся сестру? На жопу женщины? Сестра запрыгнула на огромного размера хуй. Подпрыгивала на нём как сумасшедшая. Сиськи вывалила из сарафана, они хоть и небольшие, но подлетали от резких скачков Маньки. Она беспрерывно сосалась с Серёгой. Писюн мальчика превратился в твёрдый десятисантиметровый огурчик. Пацан прикоснулся к нему и начал спускать. Энергетика оргазма юнца передалась сестре. Она замерла. Охватила любовника всеми конечностями и взвыла. Терпевший Серый тоже начал фонтанировать.

Вода наполнила кишку Алены. Дед вставил среднюю затычку. Сказал, чтобы она походила чуть-чуть, поглаживая живот. Девушка не могла долго терпеть, кинулась надевать платье, но спазм скрутил её. Она побежала голой к туалету. Пробежала мимо опешившего Толика. Груди её мотылялись как у всех женщин при беге. Для знатоков это не удивительно, однако малец первый раз видел такое. Кончик морковки, за который надо было вытащить затычку, отломался.

Из туалета раздался хлопок, и затем струя воды с фекалиями начала брыз6ать по стенам. Величайшее облегчение испытала женщина.

— Толька! Скажи Машке, пусть платье принесет! — Крикнула она. Но подружка уже сама додумалась. Сказала: "Кыш со двора. Тут взрослые, нечего тебе тут делать" брату.

— Всё выдрыстала? Ой, бля, ты здесь все обосрала…. Придётся водой обрызгать. Отходи!

Маша, набрав воды в ведро из бака, смыла говно со стен. Мужчины стояли возле бани. Толик опять прикинулся перекати-поле и убежал к входу в дом. Если взрослые направятся в помещение, он успеет спрятаться на печи.

Четвёрка встала, что-то обсуждая. Алёна держала ладонь на заднице. Дед успокаивал горбунка, сжимая себе яйца. Потом все зашли в баню. Толян рванул к окошку. Машка сняла сарафан и приготовилась к очищению. Не духовному. Литр воды, наполненный в кружку, ждал открытия краника. Серёга заметил подсматривающего Толика, отошёл в сторону, облегчая просмотр.

Теперь пришло время описать подружку. Фигурой — миниатюрная копия Алёны. Примерно на четверть нужно уменьшить все габариты Алёны, чтобы представить Машу. Такая же прическа на черепе. Такая же пустота под ним. Менее чувственные губы, зелёные глаза, носик кнопочкой. Главным отличием был окрас самки — огненно-рыжие волосы с соответствующими рыжими пятнами на лице и теле. Трахаться она хотела всегда и везде, соответствуя народной примете — рыжие люди страстные. В народе есть более конкретное определение — злоебучие. При встрече с парнями, которые Маше нравились, она улыбалась им. Если мужчина улыбался в ответ и не предлагал переспать, то считался импотентом. Пропустивший улыбку мимо глаз — считался педерастом. Первый муж оброс рогами буквально через месяц после женитьбы, второй во время торжества — дружка не устоял под чарами огненной бестии, трахнул невесту во время похищения молодой жены. Целых два года пропущенных после начала менструации в двенадцать лет, она считала своей главной потерей. Алёнку, хранившую целку для мужа, считала ебанушкой. Теперь она лежала на полке, мастурбировала, представляя сегодняшний вечер, молила бога, чтобы мамаша задержалась подольше. Она вспомнила, что замыслила соблазнить братика, если сегодня не придёт Дениска, её ебарь. Да, только такого эпитета достоин этот паренек. Братишка, конечно, не лучше Дениса. Но, как известно на безрыбье и рак рыба. Поэтому не отпускала ноющего Толика. Конечно, она понимала, что так поступать…, "как его там? Анормально? Нет! Абортмально? Нет! Короче — плохо. Даже хуево! Короче, хуевое я замыслила, но так хочется хоть стебельком поснимать паутинку в пещерке" . Как же она обрадовалась вопросу Алёнки: "Ебаться хочешь?" и уж совсем офигела от дрына Сергея, несколько минут назад заглушившего начало пожара.

Дед заткнул анус большой затычкой. Опытная в этом деле Маша надела платье, пошла к сортиру. Все степенно не торопясь. Опорожнила кишечник. Мысли её были о предстоящей оргии. Задумавшись, откусила морковку, сжевала её. Только потом опомнилась. Стала плеваться, вытирать губы.