Телепорт

— Вы пойдёте в спальную, а я здесь буду….

— А в спальне, что он будет со мной делать?

— Ну как? Трахнет тебя и всё…. Ой. Ой, я дура. Ты же говорила. Как я забыла?! Он будет трахать тебя до тех пор, пока ты не попросишь его. Правильно?

— Абсолютно не верно. Ты забываешь про предварительные ласки. Я ведь буду думать о тебе, что ты тут одна, скучаешь, терзаешься сомнениями. Эти мысли не дадут мне возбудиться, намокнуть…. Я читала в одном научном журнале о порядке цифр — три, один, два. Один это продолжительность коитуса, допустим пять минут, то предварительные ласки должны быть в три раза продолжительнее, то есть пятнадцать минут. А два это в два раза продолжительнее коитуса успокаивающие поглаживания. То есть десять минут.

— Я фигею, Юль, какая ты умная. Мне бы хоть половину твоего ума. О! Наш мужчина…. Чего закутался, уже видели тебя голеньким. Скидывай полотенце.

— Я тоже схожу помою кунку. Вань, откупорь вино, пожалуйста. Может перекусить хотите…? Ась, салатик начинай делать, я щас быстро.

— О чём вы тут говорили?

— Обо всём. О том, что ты удовлетворил меня, о том, что я не должна тебе давать только если ты сам хочешь, не подготовив меня. Ваня, я тебя люблю.

— Ты стала часто говорить это…. Нет, нет, мне нравится. Ася, милая моя супруга, я тебя люблю. — Энергетика, интонация сказанного были максимально искренни.

— Так, ребятки, что делаем…? Салат с консервами и овощами? Подойдёт. Ась, давай я тебя научу делать греческий салат. Очень быстро и питательно. Вань, где вино? А, вот. Спасибо.

На женщинах оказались фартуки, накинутые на голенькие тела. Груди иногда отлетали в стороны, обнажая соски. Попки сверкали чаще, иногда, при сильных наклонах за продуктами, лежащими на нижних полках, открывался волшебный вид пухлых валиков вульвы.

Решив отвлечься, мужчина заглянул в комнату служившей гардеробом. Обилие разнообразных одежд и обуви поразило мужчину. Взявшись пересчитывать только туфли, он сбился на втором десятке. Ну любит Юля побаловать себя обновками.

Внимательнее рассматривая санузел, Иван так же поразился обилием мыльно-рыльных принадлежностей. «Ваня!» Услышал он зов супруги. На кухне уже накрыли стол. Вино, салаты. На десерт по ломтику тирамисУ, оставшиеся после вчерашнего посещения ресторана.

Юля много болтала, рассказывала, как отдыхали на Мальдивах, как встретилась с Димой. О свадьбе сказала, что прилетели сюда, в Россию, так как они граждане страны. В рассказах было много выдумок, умолчаний. Но повествование получилось занимательным и без возможности уличить в неискренности.

Отвлекаясь от её рассказов, Иван начал всё чаще бросать взгляды на Юлю. Пенис чуть налился кровью, но не основательно. Мужчина понимал, что, если хозяйка не предложила одеться к столу, желает продолжения эротических игр. И даже от этих мыслей пенис не набирал мощь. Скорее даже наоборот опал. Мужчину начало пугать возможное фиаско.

Женщины убрали посуду в машину, навели порядок на кухне.

— Хотите посмотреть фотографии?

Юля открыла ноутбук. Найдя папку с фото, открыла ту, где она с Димой на фоне белого песка Мальдив.

— А кто вас фоткал? — Асю поразила обнажённость сестры с Димой. — Как мама…? Она видит твоего мужа, и ты этому рада?

— Смотри дальше, потом поймёшь.

На втором фото, которое позавчера видел Иван, Константин со своими женщинами. Ася даже приблизила глаза к монитору.

— Это Марина с кем…? Так у него… стоит…. И ты снимала? Бесовка, точно. Они потом что? Пошли…? И Марина это принимает безропотно?

— Да. Так же, как и ты будешь воспринимать наше с Иваном соитие.

«Микрофон» выскочил из тесноты межножья мужчины: «Что вы сказали? Повторите для меня отдельно!»

Иван посмотрел на супругу. Согласится или нет? Ася попросила следующий снимок. Развратно сидя на коленях Константина, Марина охватывала его ногами. По умолчанию предыдущих фото, оба обнажённые. Что там происходит в межножье супругов можно только догадываться. Но счастливые глаза обоих говорят, что им приятно и они не против позировать.

Фото родителей и Юли с мужем навели мысли Найдёновых, что между этой четвёркой уже всё произошло — Дмитрий из-за спины обнимает Марину. Ладонь хоть и не лежит на груди, но придавлена сверху явно возбуждённой сиськой — соски цвета молочного шоколада стволами огнестрельного оружия смотрят на наблюдателя. Мало разврата между Мариной и Димой? Вот папина рука аналогично охватывает торс Юли. И соски её так же готовы выстрелить. При этом большой палец отца поднят вверх по окружности груди. Пенисы? У Константина так же в напряжённом состоянии. У Дмитрия хоть нет явной эрекции, но и опавший он внушает…, да, страх. Страх для обоих супругов Найдёновых.