Андрей Васильченко - Мода и фашизм

a) преодолеть обиды и направить все творческие силы не только рейха, но и Европы (без учета национальности) в Вену;

b) все крупные дома мод рейха должны проявить готовность сотрудничать в деле создания направляющих коллекций;

c) организационный руководитель НСДАП Роберт Лей, уполномоченный фюрером для решения вопросов моды, должен полностью сосредоточить все имеющиеся ресурсы для создания новых предприятий и на воспитании подрастающих поколений творцов моды (Академия моды);

d) имперский министр д-р Геббельс должен сосредоточить все внимание на пропаганде немецкой моды из Вены, значительно ограничив рекламу изделий прочих городов за границей;

e) предоставление достаточных средств, чтобы оплачивать штат первоклассных художников-модельеров».

Дорожный костюм от Венского салона «Фарнхаммер» (1943 год)

Темный послеобеденный костюм от салона «Тейлор Стоун & Блит» (Вена, 1943 год)

В одном Кауфман в своих построениях был несомненно прав: «Конкуренция между городами неизменно вела к тому, что великое понятие “новой моды” могло не возникнуть ни во время войны, ни после нее».

Роберт Лей во многом был согласен с предложенным планом. Он хотел разделить сферы влияния. Вена должна была стать столицей «высокой моды», в то время как в Берлине проходили бы все показы мод и выставки. Самой Вене была уготована также участь «имперского подиума», на котором бы демонстрировались только самые лучше коллекции одежды. Уже даже разрабатывался план строительства нового здания Имперской Академии моды, которое должно было возводиться на паях «Немецким трудовым фронтом», Имперским министерством пропаганды и городскими властями. Но эти планы потерпели неудачу. Рафельсбергер и Онхайзер не хотели попадать под опеку «Немецкого трудового фронта». Рассерженный Лей начал переговоры с другими городами (например, Франкфуртом), но и там ему было отказано.

Комплект с юбкой-брюками от салона «Тейлор Стоун & Блит» (Вена, 1941 год)

«Направляющая коллекция» лета 1943 года – утренний костюм

А далее в дело вмешалась пресловутая борьба компетенций. Три главных игрока «на поле» венской моды (Роберт Лей, Йозеф Геббельс и Бальдур фон Ширах) не доверяли друг другу и боялись упустить собственную выгоду. Геббельс не желал усиления Лея, а кроме этого, полагал, что именно он должен был заниматься вопросами моды. Сам Лей не был убежден, что новая столица европейской моды должна была располагаться именно в Вене. Фон Ширах, как гауляйтер Вены, хотел заручиться поддержкой Маргариты Климт, но та не хотела оставлять свое франкфуртское детище. Окончательно вопрос был решен, когда в сентябре 1941 года был отклонен проект выставки «Красота и мода», которая после войны должна была пройти в Вене. С этого момента столицей «новой европейской моды» должен был считаться Берлин. К осуществлению берлинского проекта Геббельс решил подключить свою супругу Магду, которая даже начала формировать специальный комитет. Но досада фон Шираха не должна была длиться долго, почти сразу после принятия подобных решений мода была фактически запрещена в Третьем рейхе.

Тоталитарное господство и полная монополия в сфере общественных коммуникаций были одним из средств для осуществления политических задач национал-социализма. Процесс изменения структуры средств массовой информации был вынужден пойти по пути модернизации, которая сочеталась не только с политическими репрессиями, но и с экономической поддержкой. Трансформация и унификация прессы на национал-социалистический манер должны были осуществиться в три этапа. Только что созданное в 1933 году Имперское министерство пропаганды и народного просвещения наряду с созданием Имперской культурной палаты и изданием Закона «О редакторстве» создало юридические рамки для вливания СМИ в рамки национал-социалистических организаций. Ставился крест на практике свободного выбора журналистской профессии, равно как и творческом сотрудничестве самих журналистов и редакторов. Все журналисты, включая фоторепортеров, которые в Третьем рейхе именовались исключительно как фотокорреспонденты, должны были в принудительном порядке вступить в рамки определенных профессиональных организаций, в составе которых они обязывались следовать принципам новой национал-социалистической государственной идеологии. Для продолжения своей профессиональной деятельности все сотрудники средств массовой информации должны были вступить в «Имперский союз немецкой прессы», после чего они должны были зарегистрироваться в специальных списках «Имперской печатной палаты». В итоге журналистом мог быть исключительно немец арийского происхождения, не младше 21 года, не состоящий в браке с еврейкой (евреем). Все творческие задания сводились к формулировке «влияние на общественность через редакционные поручения». Подобные контрольные механизмы предоставляли национал-социалистическому режиму вполне законную возможность устранять из средств массовой информации всех неугодных личностей. Это в равной степени касалось издателей, журналистов и фотографов.