Андрей Васильченко - Мода и фашизм

Война подсказала немецким модельерам идею «пяточных стяжек», которые могли не только прикрыть залатанные чулки, но облегчить снимание обуви. Впрочем, практичность в данном вопросе была на первом месте. «Днем можно использовать перья и ленты, а вечером – искусственные цветы, бабочек и нашитые блестки», – так комментировали во Франкфурте принцип «одежды превращения». Но при этом указывалось на практическую ценность матерчатых гетр – они позволяли согреть ноги в сношенных ботинках.

Варианты использования специальных «стяжек»

В 1942 году Маргарита Климт просит в Берлине в экономическом управлении легкой промышленности выделить ей из трофеев «необходимые материалы». Эта просьба была обусловлена тем, что в разгар войны она бы не получила ни одного кусочка материи, произведенного в самой Германии. Вся материя шла исключительно на форму или тот минимум простой гражданской одежды, чтобы вовсе не оставить без нее немцев. О «модных проектах» не могло быть и речи. Между тем грабительская политика Германии в отношении оккупированных территорий позволяла едва ли не до 1943 года поддерживать «пошивочные проекты», предназначенные для экспорта.

Занятия в Управлении моды Франкфурта в конце войны (1944 год)

В элегантных вечерних платьях, спроектированных ученицами Климт в 1940-х годах, преобладает утонченный силуэт. Но вместе с тем они так и не стали отдельной статьей экспорта. После этого Кребс поставил под сомнение целесообразность дальнейшего существования управления моды, равно как и его пригодность в условиях ведения войны. Он критиковал Климт за «бесполезную штамповку эскизов моделей, когда в стране ощущалась явная нехватка трикотажа». Его явно не устраивало, что модельеры не учитывали насущные потребности немецкого населения. Климт возражала. Управление моды создавалось во Франкфурте для того, чтобы пропагандировать по всему миру «немецкую моду», а самих немцев освободить от засилья модной одежды иностранного производства. Она считала, что, как и прежде, управление, возглавляемое ею должно, было в первую очередь заботиться о мастерстве модельеров и высокой моде. С необычной наивностью обращалась она в своем письме к Кребсу, отстаивая свое призвание. Она полагала, что ее знания в годы войны были важны для Германии как никогда ранее. Но ответа не последовало. В конце 1943 года больная Маргарита Климт отправляется назад, в родную Вену. Она покидает управление моды, чьи служащие оказываются предоставленными сами себе.

Как уже говорилось выше, гауляйтер Бюркель, а затем сменивший его на этом посту Бальдур фон Ширах планировали превратить Вену в «модную столицу рейха». За это звание уже боролись Берлин, являвшийся традиционным центром производства готовой одежды, Франкфурт-на-Майне и Мюнхен, которые продвигали собственные «академии моды». В итоге на протяжении всех 1930-х годов ни на минуту не утихала конкурентная борьба. После аншлюса Австрии главным образом все споры стали сводиться к ответу на вопросы: где должны были создаваться так называемые направляющие коллекции, которые бы определяли общие тенденции в немецкой моде? Где должна была быть создана Имперская Академия моды – в Вене или в Берлине? Забегая вперед, скажу, что кроме всего прочего в эту борьбу подключился Роберт Лей, который протежировал Немецкий институт моды Берлина. Организационный руководитель НСДАП планировал превратить это учреждение в Имперский институт моды. Казалось бы, что речь только лишь о смене вывески, но на самом деле появление приставки Имперский в названии учебного заведения означало не только повышение его статуса, но приобретение значительных льгот.

Уже весной 1939 года стало известно намерение руководства «Немецкого трудового фронта» создать в Вене «Центральный институт модных промыслов». Аналогичные планы вынашивались Мюнхенской школой мастеров моды, которая в сентябре 1940 года получила статус специализированного высшего учебного заведения. Подобные притязания были во многом обоснованными. После первого показа немецкой моды в Будапеште, который прошел 20 апреля 1940 года, «Мюнхенская вечерняя газета» провозглашала: «Мюнхен стал столицей моды!» Но подобные утверждения никак не сочетались с планами Гитлера, который планировал создать Академию моды все-таки в Вене. В этом отношении намерения фюрера и Роберта Лея полностью совпадали.