2) в лиственных лесах очень распространенное дело — наличие подлеска, такого как орешник (в осиновом лесу) или вяз (в дубовом и ольховом лесу). Эта гадость растет сама собой, ценности никакой не представляет в плане деловой древесины, зато является неплохими дровами, особенно вяз. Все это можно пилить, когда оно достигает толщины руки (как раз удобно для дров, и колоть не надо). Отрастает заново оно потом от пеньков само собой, причем очень быстро.
3) ольховый и акациевый лес хороши тем, что их после вырубок не надо пересаживать — они отрастают корневой и пневой порослью. В первые годы после вырубки ольхового леса от каждого пня тянется вверх целый куст. Через 5–8 лет в этом кусте формируется штук 5 отчетливых лидеров, остальные отмирают. А в течение следующих пары десятков лет от этого «куста» лидеров можно срезать один за другим побеги (уже довольно толстые), которые явно тоже останут в росте, чтобы в конце остался один главный лидер, который и даст новое дерево. Этакая получается замена санитарных рубок. Еще лучше с акацией. Сплошного леса она обычно не образует, зато очень энергично ею зарастают пустыри, участки вдоль дорог, возле вырубок, и т. д. Если срезать большую одиночную акацию — то от корней молодые побеги сразу прут из земли в радиусе десятка метров.
К этому фрагменту добавлю вот что. Несмотря на перечисленные пункты, в первые годы мой основной источник дров был — подбор мусора после вырубок. В лесу каждый год разрабатывается один-два-три участка по полгектара-гектару, где вырубается все под ноль, и засаживается молодой лес. Сразу после вырубки там валяется огромное количество толстых веток, обрезков бревен, и т. д. — все что не является форматными дровами (прямые куски по 2 м), лесникам оно не нужно, они его оставляют, и оно потом тупо сжигается при очистке участка перед посадкой. Мне остается только приехать лошадьми и пособирать на воз эти готовые дрова. Трудоемкость заготовки близка к нулевой.
Также некоторое количество дров брал из бурелома — заготавливать свежий бурелом (разной толщины сосны) легко и приятно — подъезжай, распиливай и забирай. Падают и живые, и сухие сосны, живую, если она хорошая, можно забрать на материал. Ну а с бензопилой, как уже писал, стало удобным заготавливать большие засохшие сосны. Они по лесу встречаются нередко, и первые два-три года после засыхания еще практически не портятся (после 3 лет обычно трухлявеют снизу и падают) (см. фото). По уму их должны были бы заготавливать лесники, но они их игнорируют, и деревья просто гниют.
О заготовке материала. За прошедшие годы я построил немало построек, главным образом — навесов (только крыши, без стен). Для этого мне необходимо некоторое количество сосновых бревен, акациевых столбов, досок, гвоздей и шифера. Подробней о строительстве — в другом разделе, а здесь — о том, откуда я беру деревянный материал. В принципе, его можно купить у лесников… но дерево надо неформатное, сосна — толщиной 12–18 см, а на участках которые разрабатывают лесники — сосны гораздо толще. Так что если заказать дерево у лесников — они его просто украдут (ах, простите — самовольно вырубят) и продадут мне. Так «зачем платить больше»? Самовольно вырубить я и сам могу. Лес я люблю и портить не имею намерения, так что я выбираю места, где давно не делалась санитарная рубка, и много сосен, обреченных на смерть в ближайшие годы. Сосна спиливается у самой земли, пенек присыпается хвоей, дерево разрезается на нужные куски (обычно получается один или два куска нужной длины — по 4.5 метра, еще один более тонкий неформатный кусок, и вершина с зеленой хвоей. Обычно я забираю все; иногда вершину оставляю. За одну ходку лошадьми можно увезти 2–3 сосны, это 3–5 бревнышек.
Сложнее с акациями — непросто найти достаточно прямое дерево нужной длины и диаметра. Однако лес большой, и найти получается все что надо. Акация очень полезна тем, что столбы из нее очень медленно гниют, даже медленней чем дубовые. А все прочие ветки — отличные дрова. Она очень тяжелая, и бывает сложно самому погрузить бревно в телегу. Но в целом тоже проблем нет.
Вкратце расскажу о том строительстве, которое я уже совершил, и о том, которое еще замышляется.
Читать дальше