Дэвид Саттер - Как Путин стал президентом

Однако участие милиции в охранном рэкете подрывает само понятие правоохранительной деятельности и подспудно способствует общественному восприятию вымогательства как нормы жизни.

Если охранный рэкет господствует в российском бизнесе на «уличном» уровне, то правительство предоставляет «крышу» компаниям олигархов, которые имеют собственные службы безопасности и могут защититься от грубых бандитских «наездов». Когда реформы в России только начинались, деньги были сосредоточены в руках гангстеров и спекулянтов черного рынка, а собственность — в руках государственных чиновников. Следовательно, главной задачей каждого вновь открывающегося предприятия был подкуп чиновников. Успешная попытка подкупить одного государственного чиновника открывала возможности для подкупа других; и достаточно скоро Россия оказалась под контролем олигархических кланов, которые фактически стали платить зарплату правительственным структурам. В результате возникла страна, характеризующаяся, с одной стороны, массовой бедностью, а с другой — поразительной концентрацией богатств. Сегодня восемь олигархических групп контролируют 85 процентов стоимости 64 крупнейших российских частных компаний; доходы от продаж продукции 12 крупнейших частных компаний в совокупности равны доходам всего государственного сектора России.

Примером того, как действует такая система, стала деятельность МДМ — одной из самых мощных в России банковских групп. За годы пребывания Путина у власти МДМ скупала российские производственные предприятия, в том числе оборонные, с такой скоростью, которая была бы невозможна без поддержки со стороны правительства. В один прекрасный день МДМ положила глаз на «Невинномысский азот» — одного из крупнейших в стране производителей удобрений, имеющего ежегодную прибыль в 30 млн. долларов.

Однако директор завода Виктор Ледовский оказал МДМ сопротивление и создал фирму, через которую рабочие смогли покупать акции своего предприятия, и обратился к правительству с призывом не продавать свою долю собственности в предприятии, дающем неплохую прибыль.

В ответ на это налоговая полиция Ставропольского края обвинила Ледовского в организации схемы хищения денег у рабочих. Ледовский представил справку от Российского института государства и права о том, что его деятельность вполне законна и что права рабочих соблюдены, но этот документ был оставлен без внимания. 4 июля 2001 г. Ледовского арестовали — якобы для того, чтобы не дать ему уехать из страны. Свидетельством его намерения перебраться за рубеж был билет на самолет до Мюнхена, купленный на его имя на 8 июля, т. е. через 4 дня после ареста. Когда Ледовский оказался за решеткой, Госкомимущества РФ получил возможность продать государственный пакет акций «Невинномысского азота» группе, представляющей интересы МДМ, всего за 25 млн. долларов — фактически по начальной цене.

Многие из основных олигархических кланов объединяла их связь с Борисом Ельциным и близкими ему людьми, известными под коллективным прозвищем «семья».

Однако после прихода к власти Путина «семья» оказалась лицом к лицу с сильным конкурентом — группой «питерцев», в основном состоящей из сослуживцев Путина и ветеранов разведслужб. Однако в целом обстановка не изменилась.

Одним из фаворитов Путина среди олигархов является Олег Дерипаска, директор корпорации «Русский алюминий», производящей около 80 процентов всего алюминия в России.

Джалол Хайдаров — один из бывших соратников Михаила Черного, партнера Дерипаски, известного своей близостью к криминальным группировкам, — дал интервью для Monde, в котором рассказал о механизмах работы этой системы:

«Вы спрашиваете, для чего «Русский алюминий» приобретал тот или иной завод. Они скажут вам, что были приобретены акции. Однако если посмотреть поближе, можно увидеть, что бывший акционер либо в тюрьме, либо признан «наркоманом», либо вообще исчез.

Когда я работал вместе с Михаилом Черным, группа ежегодно давала взяток на сумму от 35 до 40 млн. долларов. Всегда можно было купить судью, губернатора или закон. В начале 1990-х годов они убивали. Сейчас они предпочитают возбуждать уголовные дела и сажать людей в тюрьму. Они могут все».

Помимо беззакония будущему России угрожает то, что в российском обществе ни в грош не ставится человеческая жизнь. Это подтверждается многочисленными фактами из обыденной жизни. Сегодня в России ежегодно совершается 40 тыс. убийств — в три раза больше, чем в 1990 г.