Михаил Веллер - Кассандра

7. Психология толпы и массы – давно уже отдельная наука, и здесь нет надобности повторять Ницше, Ортегу-и-Гассета, Геббельса, мастеров советской журналистики и асов современного пиара.

Другое интересует нас. Не мнение массы, формируемое и направляемое сверху конкретными людьми и структурами с конкретными целями. Но. Но. Мнение элиты, противопоставляющей себя толпе. Мнение, которое она вырабатывает себе самостоятельно, добровольно и бескорыстно.

Идиотизм этого мнения – о: примечателен!

8. Элита сегодня – это кто? Политики, крупный бизнес, звезды искусства, верх чиновничества и менеджмента, а также норовящие включать себя в элиту интеллектуально-нравственную журналисты, врачи, учителя, инженеры, компьютерщики, а также норовящие примыкать к этим категориям предприниматели, образованны и культуртрегеры всех мастей.

То есть: люди с влиянием, известностью, интеллектом, образованием и доходом заметно выше среднего.

Сколько их? Смотря как считать, четких критериев здесь нет. Понятно, что меньше половины, поскольку элита – она относительна, противопоставляется неэлите. Понятно, что больше одного-двух процентов: конкретного ценза здесь нет, зато есть слой спорного электората, который можно считать, и можно не считать – не глупы, но не умницы, не голодранцы, но не богаты и т.д.

Если обработать все социологические выкладки и статистики – кто есть почем и на что влияет – получится семь-десять процентов активного населения, чьи высказывания и действия способны определять политику народа, страны, государства.

9. Общественное мнение сегодня – это чье? Это их. Суть в том, что оно может совпадать с мнением политиков, а может не совпадать. Оно -"неформально".

А политики? А они прагматики, их мнение – прагматичное, рабочее, функциональное, нужное для чего-то конкретного им, политикам. Абстрактные ценности политиков не колышут, они на работе.

А толпа? А толпе масс-медиа в две недели сформируют такое мнение, какое закажут. Кто? Тот, кто платит.

10. Кто есть активные носители-выразители общественного мнения, его рупора, совесть и честь эпохи?

Лидеры неформальных общественных организаций. Оппозиционеры всех мастей. Все активные с громким голосом из упомянутых выше категорий. Интеллигенты по призванию.

11. В силу своей повышенной интеллектуально-нравственной возбудимости они всегда немного реформаторы. Им всегда надо не так, как сейчас, лучше, чем сейчас.

Им потребно считать себя самостоятельно мыслящими. Поэтому общественное мнение обычно стремится дистанцироваться как от политики с одной стороны, так и от толпы с другой стороны. Потому что политика грязна, а толпа глупа. Совпадать с ними нельзя.

Они хотят быть моральными, поэтому во главу общественного мнения ставят мораль – как они на этот момент ее понимают. Они хотят считать себя умными, поэтому во главу общественного мнения ставят умность, истину – как они сейчас ее представляют. Ну, а если мораль и истина не совпадают? О:

Характерная черта общественного мнения та, что оно, утверждает примат морали над истиной. Мораль главнее, первее, истиннее истины. Морально -следовательно, истинно. Истина прицепляется к морали, как прицепной вагон трамвая к моторному. Если истина противоречит морали – она не истина, она плохая, ошибочная, безнравственная, неподходящая, порочная, неприменимая, чуждая.

Общественное мнение – это прикладная мораль элиты в применении к общественным вопросам.

12. По какому же принципу формируется такая мораль?

По принципу утверждения идеала. Или, что то же самое, по принципу маятника. Или, что то же самое, от обратного. А именно:

Вот в жизни есть что-то. Это «что-то» несовершенно. Плохо. Можно лучше. Хочется лучше. Не так, как раньше, прогрессивнее. И общественное мнение говорит: правильно и нравственно будет наоборот, и к этому «наоборот» должны стремиться все честные и порядочные люди. Например:

Воровать нехорошо. Надо наказывать, да так, чтоб неповадно было. И общественное мнение требует: рубить руки! Рубят. Это больно, жестоко, негуманно. Общественное мнение проникается нехорошестью такого наказания и формирует новую точку зрения: не сметь наказывать телесно, обращаться с ворами гуманно, давать адвокатов, а в тюрьмах создать хорошие бытовые условия. Воры наглеют быстро, в темпе индивидуальной психологии – но общественное мнение инерционно и, за исключением экстремальных общественных ситуаций, меняется медленно, традиции держат. И вот все уже стонут от наглости воров в их безнаказанности и кар жаждут, а общественное мнение все еще пребывает в неповоротливом гуманизме. Когда об. мнению продолбят, наконец, темечко, оно сменит точку зрения и потребует опять рубить ворам руки.