Патрик Робинсон - Уцелевший

Иногда мы получали адрес. Иногда – имена других главарей. Временами люди даже информировали нас о местонахождении оружейного склада, но это обычно включало денежную сделку. Если парень, которого мы брали под арест, оказывался особенно упрямым, мы надевали на него наручники и отсылали на базу для более профессионального допроса.

Но обычно удавалось узнать хоть что-то. Таким способом мы собирали все необходимые данные, чтобы обнаружить и вывести из игры тех, кто все еще боролся за Саддама Хусейна, несмотря на то, что его правительство пало, несмотря на то, что его войска были окружены, а страна была временно под американским и британским контролем. Это были опасные деньки, завершавшие формальный конфликт.

Мы стреляли с крыш домов, обыскивали машины на наличие бомб и в итоге научились сражаться как террористы, ночь за ночью, словно дикие звери, прокрадываясь по улицам городов и сел. Нет другого способа победить террористов. Нужно драться так же, как они, или тебя точно убьют. Именно поэтому мы так жестоко входили в дома, взрывали здания, сносили с петель двери и ураганом неслись вперед, действуя строго испытанными и проверенными методами спецназа, прочно засевшими в нас благодаря годам тренировок.

Потому что твой враг в конце концов должен бояться тебя, понимать твое превосходство. Этому нас учили там, на передовой Вооруженных сил США. Наверное, именно поэтому мы не потеряли ни одного бойца за все время моего пребывания в Ираке – потому что мы играли по правилам. Без ошибок.

По крайней мере, не было ни одной серьезной. Хотя я признаю, что в первые мои недели в Ираке мы стали примером небольшой оплошности после того, как нашли склад боеприпасов иракского мятежника. Мы патрулировали берег реки и услышали одиночные выстрелы, летевшие в нашу сторону с другого берега. Некоторые армейские командиры просто решили бы захватить склад и конфисковать боеприпасы.

Спецназ реагирует немного по-другому. Мы обычно ищем более простой и быстрый путь. Конечно, выбираем мы его не совсем наобум, вроде: «Хм… это должно подойти». Это должно быть что-то, входящее в основные рекомендации. Так что мы заложили свою взрывчатку в здание и потом положились на нашего бойца из EOD – службы по обезвреживанию боеприпасов. Он указал нам на место далеко позади здания, но некоторые бойцы сомневались, что мы отошли на достаточное расстояние.

«Все нормально. Оставайтесь на месте», – он был уверен. И тут эта груда бомб, гранат и других снарядов взорвалась, словно ядерная боеголовка. Сначала вокруг летали просто пыль и небольшие куски бетона, но взрывы становились все мощнее и мощнее, и куски стен и потолков от разрушенных зданий начали валиться на нас сверху.

Парни пытались найти любое убежище, прятались в машины, под машины, в канавы – куда угодно, только бы спрятаться. Один из наших парней прыгнул в Тигр! Мы слышали, как эти камни и глиняные глыбы падали сверху, стуча по крышам внедорожников. Чудо, что никто из нас не погиб и даже не был ранен тогда.

Внезапно все стихло, и я выбрался из машины, невредимый. Рядом со мной стоял наш маэстро сапер. «Красиво, – сказал я. – Все очень круто прошло, правда?»

Жаль, что рядом не было Майка Мерфи. Он придумал бы сарказм получше.

Мы работали почти три месяца в 5-й роте SEAL в окрестностях Багдада. Здесь мы ждали сражений, прочесывали городские улицы и отыскивали мятежников, где бы они ни прятались. Нам были необходимы все имеющиеся навыки, чтобы бесшумно двигаться по закоулкам кварталов, тихо окружать эти темные, чуждые перекрестки дорог и потом открывать смертельный огонь прямо посреди ночи.

Проблема была в том, что эти места чаще всего выглядели обычно. Но чем ближе ты подходил, тем отчетливее видел дыры прямо в здании. У некоторых домов сохранился только фасад, а вся задняя часть строения была взорвана во время бомбардировки США, когда наши войска преследовали смертоносного Саддама Хусейна.

И поэтому мы частенько оказывались на улицах, которые на первый взгляд казались приличными и спокойными, но на деле были грудой обломков – идеальные укрытия для мятежников или даже террористов-суннитов, все еще сражавшихся за своего бывшего лидера.

В одну из таких ночей я едва не погиб. Я вышел на тротуар с поднятым ружьем, обеспечивая огневое прикрытие для моих сослуживцев. Очень отчетливо это помню. Я стоял прямо над миной, которая лежала у меня между ног, я ее даже не заметил.

Один из парней вскрикнул: «Маркус! Берегись!» – он подошел прямо ко мне, снес меня с места всем весом своего тела, и мы оба покатились на середину улицы. Он первым поднялся на ноги и буквально оттащил меня подальше. Через несколько секунд наши саперы подорвали ее. К счастью, мы теперь были вне зоны досягаемости, так как это была всего лишь небольшая самодельная взрывчатка, сваренная на чьей-то кухне. Тем не менее, если бы не он, такая бомба убила бы меня или, по меньшей мере, причинила серьезный ущерб моим причиндалам.