Возвращаясь к ситуации в торговле. Мы здесь плавно переходим к тому, что нужно делать. Так вот, в части торговли, в части определения цен нужно вернуть предельную торговую наценку. Не как в 1994 году, когда была введена торговая наценка на каждую отдельно взятую операцию, и один и тот же товар, чтобы повысить цену, прогоняли через 10 операций купли-продажи. Вот есть импорт, ввоз товара на территорию страны. Есть производство, и производство продает оптом кому-то. Вот над ценой импорта или над ценой производителя надбавка должна быть зафиксирована. Если продается напрямую, все достается одному продавцу. Если продается через 50 посредников, значит, делится на 50 посредников. Понятно, что для разных товаров предельная надбавка будет разной. Понятно, что если на рынке есть высокая конкуренция (скажем, на рынке бытовой техники, автомобилей), то эту предельную надбавку, скорее всего, и не выберут, то есть цена будет ниже предельно допустимой. Но она должна быть, потому что у нас много рынков монополизированных, а обуздать произвол монополий — дело непростое, это дело долгое, иногда это занимает десятилетия. Вот эта мера должна быть обязательно, и она не противоречит рынку, точно так же, как правила дорожного движения не противоречат ни правам человека, ни законам математики и физики, ни интересам гражданского общества.
Не могу удержаться от гипотезы относительно Михаила Саакашвили. Действительно, без документов нельзя выехать из Америки, но вполне возможно, что у господина Саакашвили есть, как у многих других политиков и Украины, и других стран мира, израильский паспорт. И тогда у него все в порядке. Может быть, ему срочно выдали, как своей марионетке, американцы паспорт. И раз он поехал в Польшу, может быть, он в авральном режиме получил польский паспорт. Конечно, он не знает польского языка, конечно, он ничего или почти ничего не знает о Польше и не имеет представления о польской культуре, но, в конце концов, он ненавидит Россию. Я думаю, что для сегодняшней польской элиты этого достаточно для того, чтобы выдать ему паспорт и принять его с распростертыми объятиями.
Теперь о том, что делать нам, какую социально-экономическую политику должно проводить наше государство, что должны делать даже самые несимпатичные, самые проклятые нами люди, для того чтобы мы сказали: да, вы поступаете правильно, мы вас, может, любить не будем, но уж точно потерпим. Это политика очень простая, она сводится к одному. Ключ развития — это модернизация инфраструктуры. То есть создание инфраструктуры новой, современной, на основе технологий сегодняшнего, а лучше завтрашнего дня. Это резко снижает издержки, резко облегчает жизнь, и это резко активизирует деловую активность.
С одной стороны, для того чтобы осуществить какую-то операцию, что-то произвести, что-то перевезти, нужно потратить меньше сил, денег и времени, а с другой стороны, модернизация инфраструктуры это огромное количество заказов, это большой спрос, это само по себе, в силу большого объема работ, резкая активизация экономики. А дальше то, что среди циничных менеджеров, которые занимаются торговлей, впариванием нам чего-то ненужного, — работа с возражениями. Первый ответ. Причем его слышно именно от либералов, когда стоит толпа либералов и каждый либерал говорил: всё украдут. И, слушая это, понимаешь, что коллективно это звучит «всё украдем», и это правда. Поэтому первое, что необходимо для развития, это ограничение коррупции. Ничего сложного здесь нет, было бы желание. Людоедские меры борьбы с коррупцией тоже работают, но есть механизмы абсолютно гуманные. Первое. Как в Америке, если член мафии (а коррупция власти всегда мафия) не сотрудничает со следствием, у его семьи отбирают все, что у нее есть, оставляют социальный минимум, чтобы дети шпаной не выросли и от голода никто не загнулся. И человек выбирает между верностью банде или верностью своей семье. И критически значимая часть людей, поскольку люди нормальные, рискуют своей жизнью ради того, чтобы спасти свою семью. Благодаря применению этой меры мафия в США перестала быть политически значимой силой.
Вторую меру сделали в Италии. Правда, за 5 лет сменилось 6 правительств в результате применения этой меры, но тем не менее. Если взяткодатель сотрудничает со следствием, то он автоматически получает гарантию от судебного преследования. То есть, если человек не является с повинной и не вымогает у следователя какие-то особые условия, если он просто свидетельствует в суде (а он давал взятку и, может быть, он сам коррумпировал этого чиновника), он освобождается от ответственности гарантировано, причем не только по этому эпизоду, но и по некоторым другим (это уж как следствие решит). В результате мафия перестала быть значимой политической силой в центральной и северной Италии и резко ослабла на юге. Это технологии, которые ничего не стоят, было бы желание.
Читать дальше
Конец ознакомительного отрывка
Купить книгу