Павел Кравченко - Интервью с инвестором

– Почему не сможете?

– Вероятнее всего, дело в характере. Чем дальше в лес, тем больше дров. С каждым новым шагом приходится принимать решения, с которыми ты не совсем согласен. Но их необходимо принимать, потому что система требует. Они бывают не совсем правильны, не совсем разумны, не всегда стратегически до конца просчитаны и т. д. Можно периодически обыгрывать систему («косить»), сглаживать последствия и т. д., но на этом долго не протянешь. Одним словом, чем выше уровень властных структур, тем больше цинизма. А я по натуре «социальщик». В один прекрасный момент я понял, что с моим характером премьерами не становятся. Возможно, если бы я не разбирался в экономических вопросах, то часто думал бы, что другого пути нет. Если наверху решили, то все досконально просчитано. Либо нужно закрывать глаза, либо где-то двигаться с совестью. Между прочим, я не говорю о необходимых решениях, где вступает в действие арифметика: приносишь в жертву малое, получаешь большее. Это совершенно другое.

– Пример можно?

– Пожалуйста. Закрытие шахт. В начале девяностых было принято решение о закрытии неперспективных шахт. Не обсуждаем, правильно или неправильно. Закрывая шахту, ты выгоняешь на улицу тысячи рабочих. Ты точно знаешь, что, как минимум, 70 % не найдут работу. С учетом переквалификации все равно общая цифра не опустится ниже 50 %. Что люди будут делать? По закону государство должно их переселить (если это попадает под программу) или создать рабочие места. Ты точно знаешь, что этого не будет, как минимум, лет десять. Принимать решение о закрытии – элементарный цинизм. Чтобы оценить, каков он в полной мере, необходимо побывать в этих поселках и посмотреть, как живут люди, что едят их семьи. Но самое главное, что при этом есть альтернатива.

Пример – путь экономического развития, осуществляемый в течение последних десятилетий. Я убежден, что можно действовать по-другому. Или, например, оценка жизни военного. Мое мнение, что гибель солдата (вне зависимости от места прохождения службы) необходимо оценивать в 200 000 долл., офицера – 300 000 долл. Все разговоры, что нет денег, это полное снятие с себя ответственности и нежелание вникнуть в ситуацию. Никто не хочет поставить себя, свою семью на место погибшего и его родственников. Подойдите к любому чиновнику (возьмем заместителя министра) и спросите, во сколько он оценивает жизнь своего ребенка? Начнется мычание и философские разглагольствования. Но если изменить вопрос и поставить его в следующей формулировке: сколько вы готовы заплатить, чтобы ваш сын или дочь не умерли – 100 тыс. долл.? 300 тыс. долл.? Вы придете к ответу, что готовы отдать все что есть. А чем отличается ребенок чиновника от ребенка одинокой женщины? Когда нет возможности, и говорить не о чем. Но когда все делается элементарно, так как есть различные источники и механизмы, которые можно комбинировать, тогда все иначе. Примеров множество. Одним словом, с карьерой руководителя государства покончено.

– Вообще-то, руководитель в нашей стране – президент.

– Это сегодня президент. В конечном результате будет премьер. Это вопрос времени. Считаю, что оптимальный вариант для развития России – это парламентско-президентская республика, с основными полномочиями у премьера. Но это все детали.

– Давайте немного отвлечемся от политики. Ваша детская мечта?

– Детскую не помню. Сознательная – стать моряком.

– Ваша несбывшаяся мечта?

– Скорее всего, стать кинорежиссером.

– Какими видами спорта вы увлекаетесь?

– В настоящий момент, после травмы, полученной в юном возрасте, немного играю в волейбол и плаваю. Раньше был достаточно спортивен.

– Как и где вы предпочитаете отдыхать? Есть любимая страна, в которую хочется ехать всегда?

– Пока такой страны нет. Если есть возможность, то стараюсь побывать в разных странах. Однако, как часто в жизни бывает, либо есть деньги, но нет времени, либо наоборот.

– Вы эмоциональный человек? Легко идете на риск? Вы знаете свой порог риска?

– Менее эмоциональный, нежели основная часть населения. На риск иду достаточно сложно. Основной принцип: зачем рисковать, если можно не рисковать. Стараюсь, если можно, обойтись без риска. Так как я абсолютно неазартен, то в повседневной жизни не использую термин «порог риска». Когда активно «торговал» на рынке, то это называлось лимиты по возможным убыткам. Это счетная величина, которой придерживался практически всегда.