Так что пока тест ПСА, хорош он или плох, — первая ступенька для выявления рака простаты. И вопрос о том, применять его или нет, пока остается открытым. Конечно, иногда милосердно оставлять человека в неведении. Но такое же милосердие заключается в том, чтобы не лишать его права знать о своем заболевании и лечиться. Или хотя бы заподозрить болезнь и лишний раз провериться. «К сожалению, в арсенале урологов не так много доступных простых инструментов ранней диагностики рака, — говорит главный уролог Минздравсоцразвития РФ Дмитрий Пушкарь. — Это пальпация предстательной железы, тест ПСА и УЗИ. Вот, пожалуй, и все». К тому же у России совсем другие проблемы.
Повального тестирования на ПСА, как в США, у нас не существует — тесты оплачиваются по ОМС только в Москве, Пензе, Екатеринбурге и Ростове. «Основной нашей бедой является не гипердиагностика, а позднее выявление рака простаты — 70 процентов случаев обнаруживают на 3—4-й стадии. У российских мужчин это первая причина смертности от новообразований. Как инструмент ранней диагностики я бы не стал сбрасывать ПСА со счетов», — говорит Пушкарь.
Поскольку в нашей стране врачам пока нет надобности накручивать медицинские счета, нет и смысла заниматься гипердиагностикой. «Важен комплексный подход, — говорит заведующий кафедрой урологии и андрологии факультета фундаментальной медицины МГУ, президент российского общества «Мужское здоровье» Армаис Камалов. — Например, выявив положительный результат на простатспецифический антиген у пациента с сопутствующим воспалительным заболеванием предстательной железы, мы можем провести пациенту противовоспалительную терапию, а потом еще раз проверить уровень ПСА. Часто становится очевидно, что результат был ложным. Но в любом случае основанием для постановки онкологического диагноза может быть только биопсия, а не скрининг». По словам Армаиса Камалова, пожилых пациентов с уже выявленным раком простаты сейчас тоже никто не гонит на операцию. По морфологическим характеристикам опухоли можно понять, насколько она агрессивна. «Затем мы оцениваем общее состояние человека, — говорит Камалов. — Некоторые люди и в 80 имеют довольно крепкое здоровье. Если мы видим, что они могут прожить еще свыше 10 лет, ставим вопрос о необходимости операции. Другим мы не рекомендуем операцию простатэктомии и в более молодом возрасте — из-за букета болезней. В любом случае мы пробуем альтернативные методы лечения и стараемся замедлить развитие опухоли. Я считаю, безнадежных случаев нет».
Небезнадежен и тест на ПСА. Важно только, чтобы вопрос о его диагностической ценности решали квалифицированные специалисты — исходя из интересов пациента. Однако если определяющим фактором в решении вопроса опять станут деньги, Ричарду Аблину еще не раз придется пожалеть о том, что он поделился с человечеством своим открытием ПСА.
Алла Астахова
Перечитывая «Капитал» / Дело / Капитал
Лозунги активистов движения «Оккупируй Уолл-стрит», уже больше месяца терроризирующих сотни городов по всему миру, обнажили основные очаги болезни мировой финансовой системы. Но не ее истоки. А между тем то, что написано у демонстрантов на транспарантах, — это лишь верхушка айсберга. Коренные проблемы кроются в структурных диспропорциях глобальной экономики.
Бурное развитие компьютерных технологий в развитых странах обусловило в последние 20—30 лет небывалый рост эффективности производства. Чтобы обеспечить западного человека необходимым набором товаров и услуг, больше не требовалось держать на производстве тысячи работников. Осознание этого факта, а также наличие дешевых трудовых ресурсов в странах Азии, привело к значительному смещению производственной базы в развивающиеся страны Юго-Восточной Азии, прежде всего Китай.
Население же Старого Света и США стало все в большей степени зависеть от способности генерировать блага нового типа — не традиционные реальные товары (машины, утюги, джинсы), а интеллектуальные услуги, связанные с обеспечением функционирования в том числе и мировой финансовой системы.
Чтобы избежать сильных потрясений в виде быстрого роста безработицы и социальных трений, правительства западных стран стали искусственно занижать уровень безработицы путем создания дополнительных рабочих мест в госсекторе, а также в той части финансовой индустрии, которая принадлежала государству. Параллельно правительства поддерживали программы стимулирования потребления, наращивая при этом государственный долг. Но сложившейся в результате таких действий экономической и финансовой системе не потребовалось столько рабочих мест, сколько есть сейчас. Круг замкнулся.
Читать дальше
