Вообще-то первыми, от государства не зависящими, свободными артистами были скоморохи, а частными предприятиями — балаганы. Но не будем заглядывать в такую даль и согласимся, что антреприза в современном понимании возникла в конце XIX века на гребне нарождающегося в России капитализма и расцвела мгновенно, как только была отменена в столицах монополия на императорские театры. Не буду загружать перечнем вполне славных фамилий, но назову хотя бы Корша, чье имя теперь известно широкой публике благодаря преобразившемуся Театру Наций. Федор Адамович, юрист по образованию и театрал по призванию, начал свой славный путь арендатором вешалки для верхнего платья в «Театре близ памятника Пушкина». Так что еще стоит подумать, что имел в виду основоположник, пустивший в мир крылатую фразу «Театр начинается с вешалки». Кстати говоря, Московский Художественный ничьего имени частный театр открылся на той же волне. И был весьма озабочен не только творческой программой, но и кассой. Начинался, между прочим, как товарищество на паях, чей опыт тоже пока не востребован. И некоторые скандалы провоцировались отнюдь не художественными, а финансовыми конфликтами. Например, уход Мейерхольда. Господи, какой расцвет театрального дела принесла демонополизация, новые труппы рождались что ни день. Из этого бьющего фонтаном источника подпитывались половину ХХ века, хотя и прихлопнули всю эту инициативу известно в каком году. Еще чуть-чуть покуражились в НЭП и «огосударствились»...
Краткий курс экономики
Почему же возврат к капитализму на новом витке в конце ХХ столетия никаким расцветом не обернулся? Да потому что он дикий и вороватый. В театральном деле происходило все то же, что и в других отраслях. Мы пока говорим не об исключениях, а о правилах. Один за другим по городам и весям нашей необъятной родины начали гастролировать спектакли, на афишах которых красовались известные бренды — допустим, «Ленком» или «Современник». Их катали шустрые администраторы, некоторые из которых стали впоследствии называть себя продюсерами. Затраты минимальны, доходы никто не подсчитал. Затем или одновременно родилась копродукция. На первых порах она даже гарантировала высокий художественный результат. Например, «АРТель «АРТистов Сергея Юрского». Потому что Мастер не ставил целью заработать, а в романтическом порыве пытался вернуть зрителя, покинувшего театр в начале 90-х. В спектакле были заняты сразу аж семь звезд первой величины — такой расточительности никто никогда больше себе не позволял. А получали они при этом, свидетельствую под присягой, более чем скромные гонорары. Зато освоенная продюсером Давидом Смелянским модель совокупления государственного и частного капитала прижилась. И теперь в том же «Ленкоме» репертуар чуть ли не наполовину состоит из копродукции. Бесплатная площадка, цеха к услугам. К тому же модель оказалась гибкой и со временем позволила выводить выручку из-под пресловутого тендера, которым государство пытается регулировать экономическую жизнь театров, заставляя директоров искать законные и незаконные лазейки в законодательстве. Ну и, наконец, стали нарождаться собственно антрепризы. Тайны первоначальных накоплений у каждого свои, но очевидно для всех одно: чтобы выжить, надо ставить спектакли на тысячные залы. Вот тогда и вошли в обиход отнюдь не эстетические термины «позитивная комедия» и «паровоз», то есть звезда, на которую пойдет публика. По уверению знающих людей, сейчас на одном «паровозе» далеко не уедешь, нужно по крайней мере два.
Финансовая сторона предприятия выглядит приблизительно так. Аренда в Москве стоит 150—200 тысяч рублей. При валовом кассовом сборе в 1,5 миллиона надо 20 процентов отстегнуть на реализацию, минимум 10 — на рекламу и от 35 до 50 — на гонорары артистам. Вот и считайте, какие должны быть цены на билеты и постановочные расходы, чтобы не только выйти в ноль, но и заработать. Отсюда и знаменитые надувные декорации, и тряпочки-занавесочки, и тумбочки, взятые за кулисами Домов культуры. Однажды, волей обстоятельств посмотрев подряд десяток антрепризных спектаклей, я пришла к выводу, что все они строятся вокруг «многоуважаемого» дивана, и отличить скупого антрепренера от щедрого можно только по качеству этого предмета мягкой мебели. Те, кто строит свои доходы на чесе, изготавливают несколько комплектов декораций, потому как диваны передвигаются по стране куда медленнее, чем артисты, и могут не оказаться в нужное время в нужном месте.
Читать дальше
