Что и говорить, российская позиция по ливийскому вопросу была довольно иезуитской. Москва, воздержавшись в ходе голосования в Совбезе, позволила ООН одобрить резолюцию, санкционировавшую военную операцию против Каддафи, которого в Кремле назвали «политическим трупом». При этом премьер Путин тут же сравнил происходящее с новым крестовым походом, назвал ооновскую резолюцию «неполноценной и ущербной».
Лавров оказался между молотом и наковальней. Не приходится сомневаться, что он разделял мнение Путина, но, как говорится, noblesse oblige: внешнеполитические решения — прерогатива президента. Историю с Ливией Лавров до сих пор воспринимает лично и очень болезненно.
Человек
При министре Лаврове Россия вернула себе сверхдержавные амбиции: в апреле 2004 года она впервые за десять лет применила право вето при голосовании в СБ ООН — ни Евгений Примаков, ни Игорь Иванов ни разу не давали такого поручения представителю России при ООН. Тогда, напомним, речь шла о кипрской проблеме. А сегодня с завидным упорством Россия ветирует резолюцию за резолюцией по Сирии, вызывая страшное раздражение США и их союзников. В МИДе говорят, что в этой внешнеполитической упертости очень хорошо просматривается личность Лаврова. Его кредо — всегда играть от нападения. И в жизни, и в футболе. Ибо кожаный мяч — давняя и пламенная страсть министра. Рассказывают, что отглаженная футбольная форма у Сергея Викторовича всегда хранится наготове, и надевает он ее с неменьшим пиететом, чем свой строгий темно-синий костюм. Едва появляется свободная минутка — первым делом спешит на зеленый газон, где самозабвенно гоняет мяч со своим задушевным товарищем Сергеем Шойгу. Оба играют в футбольной команде «Росич» вместе с другими звездами политики.
А еще Лавров известен как лирик. Стихи и песни пишет и сегодня. Недавно выпустил стихотворный сборник с отсылами к молодому Блоку.
Сохранил министр и круг студенческих друзей. Это выпускники МГИМО 1972—1974 годов: заместитель генерального директора «Интерроса» Андрей Бугров, советник главы X5 Retail Group Юрий Кобаладзе, первый замминистра иностранных дел Андрей Денисов... Каждый год Лавров со товарищи сплавляются по горным рекам. Профессиональные заслуги и здесь оценены высоко: в 2007 году он возглавил Федерацию гребного слалома России.
После одного из таких походов Лавров, готовясь к традиционной встрече выпускников, за два дня написал песню-посвящение своей альма-матер. Она так понравилась ректору МГИМО Анатолию Торкунову, кстати, тоже сокурснику министра, что стала институтским гимном: «Это наш институт, это наше клеймо, и другого вовеки не нужно...»
Судя по всему, «клеймо» главы внешнеполитического ведомства Лаврову суждено носить еще не один год. Внешняя политика становится все брутальнее, а значит, и министр иностранных дел России нужен такой, который может и гол в чужие ворота закатить, и песню на гитаре забацать, и речь с трибуны Генассамблеи ООН задвинуть такую, чтобы за страну было не стыдно. Всеми этими навыками наш герой владеет в совершенстве...
Золотая мина
/ Дело
Михаил Дмитриев: «Последствия выхода Греции из зоны евро донесутся до России едва ли не в первую очередь — через проблемы с кипрским офшором»
Никогда еще эпицентр мирового кризиса не находился так близко к России. Удар второй его волны будет несравнимо более болезненным, чем то, что мы испытали в 2008 году, предупреждает президент Центра стратегических разработок Михаил Дмитриев.
— Михаил Эгонович, откуда все-таки ждать напасти — извне, с мировых рынков, или изнутри?
— Российская экономика в силу своих структурных особенностей давно уже не генерирует внутренних кризисных проблем. Все зависит от состояния глобальных рынков, прежде всего рынка энергоносителей и рынка капитала. То и другое тесно взаимосвязано, по крайней мере применительно к России. Ухудшение нефтяной конъюнктуры сопровождается оттоком капитала и усложнением условий рефинансирования российских заемщиков. Что после этого происходит, мы знаем по 2008 году. Но на этот раз эпицентр кризиса находится гораздо ближе к России. Четыре года назад все началось с Америки, с которой мы практически не торгуем. Сегодня же главная проблема — это ситуация в Европе, являющейся не только нашим главным торговым партнером, но и финансовым центром, через который происходит рефинансирование российского бизнеса. Через Европу идет до 80 процентов инвестируемого в нашу страну капитала. Взять хотя бы Кипр, через который в Россию поступает порядка 40 миллиардов долларов. Если кипрский офшор окажется в тяжелой ситуации, это неминуемо дезорганизует кредитные потоки российских предприятий.
Читать дальше
