— Стрижка у вас модная, Михаил. Правда, под призывника уже поздно, а под лагерника вроде рано...
— Меня во второй раз за последнее время обрили. Сначала в середине мая и теперь вот на днях.
— Съемки?
— И это, но не только. Всей правды говорить вам не буду. Вы, конечно, можете придумать свою версию, но почти наверняка ошибетесь, и у меня появятся основания подать в суд за клевету. Применить, так сказать, на практике новый закон, который в пожарном порядке приняла Госдума, за что ей отдельное мерси. Как бы мы без этого жили? Впрочем, посоветовал бы депутатам не останавливаться на полпути и вернуть в Уголовный кодекс другие незаслуженно отмененные статьи — о тунеядстве, валютных спекуляциях, гомосексуализме. Простор для творчества большой!
— Так недалеко и до незабвенной 58-й...
— У нее иной порядковый номер, что не мешает чекистам сажать за измену Родине ученых, которые за десять тысяч долларов переписывают чужие статьи из журналов и продают китайцам... Словом, у законотворцев и их заказчиков впереди радужные перспективы.
— А у нас?
— Вы меня к либеральной общественности особо не приписывайте. Безусловно, в этом кругу находиться приятнее, чем где бы то ни было, но я стараюсь ни к кому не примыкать и оставаться над схваткой. Идеальная позиция! На мой взгляд, художник по определению должен быть в оппозиции к власти, неважно какой — коммунистической или иной.
— Получается?
— Отношу себя к числу нормальных, разумных людей, способных адекватно оценивать происходящее вокруг. Настроение у многих моих друзей и знакомых подавленное. Остается лишь надеяться на будущее. Лето вот прошло, последние отпускники вернулись в Россию с каникул, а осенью, глядишь, что-нибудь да переменится... Главное — накопить деньжат на штрафы за клевету. Отсидку, правда, из закона убрали — спасибо Владимиру Владимировичу, побеспокоился. Хотя максимальная сумма все равно впечатляет — пять миллионов рублей. Но если, допустим, сказать, что коммунисты едят младенцев, столько вряд ли присудят. Оппозицию оценят дешевле. Тысяч в пятьсот, не больше. За оскорбление либеральных демократов возьмут, наверное, подороже, до миллиона. А по всей строгости спросят за выпад сами знаете в чью сторону. Забывчивые могут у девчонок из Pussy Riot поинтересоваться, память освежить... За «Единую» штраф тоже, уверен, установят единый. Однако тут ведь вот какая штука: факт клеветы надо сначала доказать. Скромным чиновникам придется потрудиться, обосновывая, откуда у них взялись виллы, яхты и частные самолеты, пусть даже и оформленные на жен и ближайших родственников. Тогда и посмотрим, кто из нас жулик и вор, а кто — клеветник... Похоже, подхалимы и лизоблюды в очередной раз перестарались в державном рвении и громко пукнули в воду, по которой теперь в разные стороны побегут круги. Но наверху это никого не волнует. Мне вообще кажется, что в политику идут люди без нервов. Или без совести. Хотя, может, совесть и есть особый нерв? Во всяком случае на смену малиновым пиджакам девяностых пришли серые френчи нулевых, которые двенадцать лет пытаются отнять наворованное предшественниками. Такое уже не раз было в российской истории: общество опять активно делится на тех, кто сидит, и тех, кто охраняет. Скоро увидим, что за хозяйственники из последних. Боюсь, кирдык будет страшным для всех. Говорю без какого-либо злорадства, предпочел бы побеседовать на иные темы, поскольку эта не доставляет удовольствия. Ну вот посмотрите на нового министра культуры...
— Вы знакомы с Владимиром Ростиславовичем?
— Нет, и особо не стремлюсь. Но его книжку «Стена» прочел. Прежде пытался осилить «Мифы о России», не смог, быстро наскучило, а со «Стеной» справился. Тем, кто не в курсе, сообщаю: этот приключенческий роман рассказывает о событиях четырехсотлетней давности, о периоде русской Смуты. О том, как Смоленск держал осаду в кольце войск польского короля Сигизмунда. Среди наших героев, давших отпор наглому захватчику, был и некий монах-схимник, молвивший речь перед собравшимся воинством. Цитирую по памяти, но близко к тексту: «Везде супостатов преследовать будем. На дороге — так на дороге. А ежели в сральне поймаем, так и в сральне загубим, в конце концов». Написано в 2009 году. Чувствуете, как будущий министр культуры изящно сослался на первоисточник, вплетя слова патрона в исторический контекст? Особое искусство, им не каждый владеет. У господина Мединского с этим, видимо, полный порядок. Или я клевещу на проницательного и чуткого чиновника?
Читать дальше
