Что еще обычно отличало продукты Apple? Целая вселенная приложений, созданная вокруг гаджета. Но и это уже не атрибут уникальности — облачная среда предоставления сервисов, магазин приложений есть и у тех, кто дышит Apple в затылок. «На мой взгляд, главным фактором успеха является способность устройства стать неким основным элементом конструктора, который каждый пользователь конфигурирует для себя с помощью приложений», — убежден Тарас Архипов из LG Electronics.
Есть, правда, и психологические факторы притягательности. «Для успеха мало выпустить хорошую модель, — размышляет Денис Кусков, руководитель ИАА TelecomDaily, — нужно создать вокруг нее тайну, хорошо продвигать в медиасреде, создать вокруг нее ауру лояльности и привлекательности». Вот эту особую ауру блестяще создал Стив Джобс, позиционируя iPhone как устройство для узкого круга истинных ценителей. И потому, считает Инга Фокша, айфон так и останется первым на этом рынке — в том смысле, что он его таким создал. Но для задач бизнеса Apple это все сентиментальные вздохи. Ведь второй краеугольный камень маркетинговой стратегии Джобса заключался в удержании статуса законодателя мод в мировом смартфоностроении. Теперь же сложилось так, что гаджет от Apple перешел границу «для избранных», став скорее массовым продуктом, но одновременно дает все меньше поводов для пользовательских «вау!». Все это разрушает ауру тайны и необычности. На этом фоне Samsung набирает дополнительные очки, стараясь качественнее делать то, что уже полюбилось пользователям в айфонах.
Преломить негативный тренд Apple может двумя способами: либо добиться запрета продаж девайсов конкурентов, либо заставить своих фанатов вновь трепетать от восторга. Создать такой повод ох как непросто, потому что коллеги по рынку уже идут широким фронтом, стремясь выйти за границы того мира, который когда-то очертил для них Стив Джобс.
Все производители, имеющие широкую линейку бытовой электроники, например, LG Electronics, Sony, сегодня стремятся сделать мультимедийный контент общим для различных устройств: плееров, ноутбуков, а также домашних телевизоров, которые, как показала недавняя выставка IFA, устремились в направлении нового формата 4K (с разрешением экрана, в четыре раза превышающим Full HD). «Экосистема объединенных устройств — это один из основных трендов последних лет», — подчеркивает Михаил Чернов, бизнес-менеджер Sony Xperia Smartphones, говоря, что именно смартфон Xperia сегодня стал одной из важнейших точек входа в объединенный мир электронных устройств Sony: его можно подключать к телевизору или аудиосистеме, использовать как пульт управления. А еще вендоры активно экспериментируют с гибридными устройствами.
«Смартфоны и планшеты движутся друг другу навстречу, — рассказывает Юрий Антошкин из Prestigio. — Смартфоны приобретают все больше новых функций, а размеры экрана увеличиваются. «Таблетки» тем временем приближаются к смартфонам, сокращая габариты и приобретая 3G- и LTE-модули». Наблюдается и другое движение: девайсы-трансформеры, способные превращаться то в ноутбук, то в планшет, на IFA показали Dell, HP, Samsung, ASUS, Sony. Компания ASUS на прошлой неделе начала продажи в России своей технологической «матрешки» Padfone: смартфон, помещенный в док-станцию, превращается в планшет, а если к нему добавить клавиатуру, становится нетбуком. Причем разговаривать можно при помощи стилуса — он совмещен с Bluetooth-гарнитурой. А вездесущий Samsung удивил посетителей IFA своей Galaxy Camera — камерой с SIM-картой, способной отправлять снимки на другие устройства по сетям 3G, LTE, Wi-Fi и Bluetooth и удаленно управляться со смартфона.
Какое направление главного технологического удара выберет в таких условиях Apple? Задачка для умов масштаба Стива Джобса. Ближайшее будущее покажет, есть ли они в Apple.
Приговоренный / Искусство и культура / Литература
Приговоренный
/ Искусство и культура / Литература
Салман Рушди в полной мере прочувствовал, насколько опасным может быть богохульство, и рассказал об этом в своих мемуарах
День 14 февраля 1989 года разделил жизнь британского писателя, индийца по происхождению Салмана Рушди на до и после. «До» остались Букеровская премия, три отлично продающихся романа, репутация одного из крупнейших прозаиков англоязычного мира, недавно купленный особняк в престижном районе Лондона и брак с популярной американской романисткой Мэриэнн Уиггинс. «После» можно было рассчитывать в лучшем случае на годы мытарств, а в худшем — на скорую смерть от руки религиозного фанатика. Именно на этот — последний — вариант однозначно указывала фетва (духовное постановление), оглашенная аятоллой Хомейни. И все потому, что роман Рушди «Сатанинские стихи» (или правильнее — «Шайтанские аяты»), опубликованный полугодом раньше, настолько травмировал религиозные чувства мусульман, что духовный лидер Ирана счел необходимым приговорить писателя к смерти.
Читать дальше
