— Смешно.
— Ну что делать? Не случилось. И все равно было приятно. «Ялла» подарила бубен с надписью: «Коль вы женились, Масляков, забудьте про ташкентский плов. Теперь пусть Маслякова Света готовит борщ вам и котлеты». Но это так, лирическое отступление… Вернемся к КВН. Уже не первый год занят тем, что пытаюсь решить для клуба жилищный вопрос, сделать так, чтобы у него появился свой дом. Нас ведь выкинули в 2002-м из Московского дворца молодежи, не став продлевать контракт и заранее не предупредив об этом. Мы ушли на каникулы, возвращаемся осенью, а в МДМ уже мюзикл репетируют. Дворец полностью нас устраивал, там замечательный зал на 1600 мест, где мы провели много сезонов. Туда к нам приходил опальный Борис Ельцин, которого пригласила команда УПИ — Уральского политехнического института. Ребята подстраховались, спросили, не буду ли возражать, я ответил: «Конечно, зовите!» Какое право я имел запретить человеку поболеть за земляков из родного вуза? Борис Николаевич с Наиной Иосифовной сидели в девятом ряду и очень живо реагировали на шутки, звучавшие со сцены. Зато сильно нервничал тогдашний руководитель молодежной редакции ОРТ, переживая, не слишком ли много мы показываем оппозиционера… Потом Борис Ельцин приходил с семьей на КВН уже в качестве президента. Однажды приболел и не приехал. Нам позвонили из Кремля, попросили прислать кассеты с записью, чтобы Борис Николаевич посмотрел игру до выхода в эфир. Разумеется, мы уважили просьбу… И Владимир Путин бывал у нас неоднократно. Впервые еще исполняющим обязанности премьер-министра России. В августе 1999 года его приводил Михаил Лесин, одно время работавший у нас директором. По виду Владимира Владимировича было заметно: сам он вряд ли приехал бы, но поддался уговорам помощников, убедивших, что крупному руководителю полезно засветиться на фоне молодежной аудитории. И вот идет разминка, на сцене выступают две команды, вдруг кто-то пародирует Бориса Ельцина: «Путин у вас? Передайте, пусть немедленно приезжает в Кремль. Ключ под ковриком». Вскоре все примерно так и случилось: 31 декабря Борис Николаевич заявил, что слагает полномочия главы государства и оставляет пост преемнику… А тогда, прощаясь после игры, Владимир Владимирович пожал мне руку и сказал: «Спасибо! Замечательно отдохнул…»
Должен заметить, моя жизнь так сложилась, что я счастливо избежал необходимости ходить по высоким кабинетам и о чем-то просить лично для себя. Более того, даже на приемах в Кремле ни разу не был. У журналистов есть формула: «На встрече присутствовали представители общественности». Могу сказать, что я никогда не попадал в число званых кремлевских гостей и не имею понятия, как этот мир выглядит изнутри. Однажды обратился с письмом к Юрию Лужкову, и росчерком пера мэра нам вроде бы выделили старый кинотеатр «Правда» на Люсиновской улице. Мы, как могли, почти десять лет холили его и лелеяли, оплачивая коммунальные расходы и охрану, но в права собственности не вступили. Постоянно не хватало финальной бумажки или чьей-то подписи. Как-то я пересекся с Юрием Михайловичем, вкратце обрисовал ситуацию, и он сразу закивал головой: «Да-да, вызову тебя». И опять тишина. В итоге «Правду» у нас отняли. Впечатление, что мы и нужны были, чтобы сторожить руины, пока не придут настоящие хозяева с деньгами и не попросят незаконных квартирантов с вещами на выход… Словом, я терпел, терпел, а потом взял да и обратился напрямую к Владимиру Путину.
— Вот так запросто?
— Ну-у-у… почти. Владимир Владимирович был в ноябре прошлого года на юбилее КВН и сам об этом рассказал со сцены: «Встретились мы тут с Александром Васильевичем на одном мероприятии, он и говорит: «Надо бы побеседовать». Я отвечаю: «Заходите…» Практически так дело и обстояло. За вычетом нюансов. Еще раньше был другой эпизод. Владимир Владимирович приезжал на Первый канал, и я оказался в числе медийных персон, приглашенных к разговору. Путин зашел в зал и, проходя мимо меня, поздоровался: «Привет, Саша!» Я отреагировал на автомате: «Привет!» Света, жена, потом допытывалась: «Так и ответил?» А что тут криминального? На мой взгляд, ни панибратства, ни амикошонства в этом не было, скорее сработала естественная человеческая реакция на примелькавшееся лицо. Я сейчас говорю о своей физиономии… Но вернемся к встрече с Владимиром Владимировичем. В какой-то момент я понял: без его вмешательства вопрос с обретением собственной крыши для КВН не решится. Прошлым летом мы коротко поговорили и меня пригласили на Рублевку. В ново-огаревскую резиденцию я приехал ближе к ночи, подождал, пока Путин закончит прием других посетителей. К беседе я подготовился основательно, написал тезисы на двух страницах, вкратце изложив, что к чему. Разговор продолжался минут сорок, беседовали на разные темы, но в первую очередь о том, ради чего я, собственно, и приезжал. Рассказал и об обещании Лужкова помочь клубу. Сейчас, мол, у города другой мэр... Аудиенция завершилась, потекли дни, недели. А потом был тот самый юбилей КВН, который я уже упоминал. Путин поднялся на сцену, пересказал обстоятельства нашей первой встречи, а в конце произнес фразу: «Но мы в прошлый раз, кажется, не договорили, Александр Васильевич? Приходите, закончим». Я предложил: «Если не возражаете, возьму с собой Юлия Гусмана». Владимир Владимирович помолчал и через секунду сказал: «Приезжайте один». Я вернулся домой и подумал: интересно, сколько на этот раз ждать придется? Засек время. Дело происходило в понедельник, а на следующий день раздается звонок: «Будьте готовы к четвергу». Я искренне изумился: «Как?! Уже?» Вечером опять телефон: «С вами хочет поговорить Собянин». С Сергеем Семеновичем я познакомился еще в Тюмени. Мы проводили там региональный турнир КВН, и меня с коллегой пригласили на ужин в резиденцию к губернатору. С тех пор встреч не было. И вот новый разговор. Сергей Семенович ехал в машине, нас соединили по мобильной связи. Собянин говорит: «Вы в четверг собираетесь к Владимиру Владимировичу? Я тоже там буду». В указанный час приезжаю в Белый дом на Краснопресненскую набережную, поднимаюсь на нужный этаж, вижу группу журналистов из правительственного пула и понимаю: придется ждать. Появляется Собянин, подходит ко мне и показывает бумаги, принесенные с собой: «Вот, к примеру, кинотеатр «Гавана». Устроит вас такое помещение?» Уточняю: «А сколько там мест в зале?» Сергей Семенович отвечает: «Пятьсот». Настроение у меня сразу упало. Ведь Дворец молодежи вмещал в три раза больше зрителей… Собянин продолжает: «Хочу предупредить, здание находится в очень плохом состоянии. По сути, одни стены с перекрытиями. Работы непочатый край». Что тут скажешь? Отказываться от предложения глупо, да и мама с детства учила: дают — бери, бьют — беги. Говорю: «Спасибо, Сергей Семенович…» Собянина приглашают в кабинет, вскоре он возвращается. Теперь зовут прессу, та стайкой впархивает в приемную. Значит, впереди какая-то протокольная съемка. Нет, оказывается, это по нашу душу. Входим к Владимиру Владимировичу, и Сергей Семенович уже под камеры повторяет идею с «Гаваной».
Читать дальше
