Фото: AP
В канун Великого поста глава Римской католической церкви Бенедикт XVI( Йозеф Ратцингер) сложил свои полномочия. И хотя кардинальский конклав Ватикана надеется найти достойного преемника до пасхального воскресенья 31 марта и порадовать паству знаменитым «Habemus papam!» («У нас есть папа!»), уход Бенедикта смутил католический мир и заставил многих задуматься о будущем Вселенской церкви.
Папа не только глава церкви, он суверен Святого престола и государства Ватикан; подобно монарху, он правит пожизненно. В истории католицизма хватает смут и интриг, и папы бывали разные, но лишь один отрекся добровольно — случилось это в далеком Средневековье. Всего лишь нескольких месяцев 1294 года хватило 80-летнему отшельнику и бессребренику Целестину V, чтобы понять, что в хитросплетении политических и церковных интриг папе предназначена роль марионетки. Он сложил с себя папство, умер в тюрьме и был причислен к лику святых. Однако современники не узрели святости в его отречении: автор «Божественной комедии» поместил того, кто « от великой доли отрекся в малодушии своем », в « ничтожных » круг, « которых не возьмут ни Бог, ни супостаты Божьей воли ». Преклонный возраст в те годы не отождествлялся ни со слабостью, ни с малоумием, поэтому адская судьба трепетного старца, изображенная мощным пером Данте, казалась даже логичной: он имел шанс улучшить церковь, но не использовал его, он сложил со своих плеч груз, не испытав всей его тяжести.
В сегодняшней Европе с ее «диктатурой релятивизма» и неприязнью к старости такой поступок считается мужественным и ответственным. Именно ответственностью за судьбы католицизма объясняют западные СМИ уход Бенедикта, возраст и здоровье которого не позволяют ему руководить церковью на должном уровне. При этом интерпретаторы поступка папы упорно избегают убойного слова «отречение», заменяя его привычной по корпоративной и политической лексике «отставкой».
Кризисы скромного папства
Бенедикт XVI любил историю Целестина, он дважды посещал его могилу, возможно, усматривая в трагедии политического бессилия этого средневекового идеалиста параллели со своей ситуацией. Правда, Ратцингер в отличие от отшельника-созерцателя был давним и опытным бойцом церкви. «Молот Господень», «танковый кардинал», «ротвейлер Божий» — таковы лишь некоторые эпитеты, которыми за годы церковной карьеры Бенедикта наградили его побежденные критики. Руководя Конгрегацией доктрины веры (бывшая Святая инквизиция), он в совершенстве знал внутреннюю жизнь курии, ее интриги, подспудную борьбу за власть. Однако лишь став папой, он прочувствовал, как превратно может быть истолковано в миру его слово и чем могут обернуться самые благие его намерения.
Он не мог, да и не хотел, подобно своему предшественнику Иоанну Павлу II, позиционировать себя в массмедиа как суперзвезду, как актора мирового политического процесса. Иоанн Павел пришел на папский престол молодым, успел объехать весь мир и влюбить в себя паству множества стран и лишь потом плавно перешел в образ немощного, но мужественного старца, даже в болезнях не прекращающего служения. Бенедикт XVI, ставший понтификом в 78 лет, этого времени не имел. Задачи своего папства он определял скромно: объяснять католикам основы их веры и блюсти единство церкви. Однако именно на этих тихих путях его папство и сотрясли кризисы. «Великий проповедник без таланта руководителя», — говорили о нем комментаторы.
Вряд ли Бенедикт XVI предполагал, читая в 2006 году с кафедры Равенсбургского университета теологическую лекцию о соотношении разума и веры, что одна-единственная цитата из опуса византийского императора, приведенная им для иллюстрации опасностей религиозного фундаментализма, будучи вырванной СМИ из контекста и изображенная как призыв к крестовым походам, выведет на улицы сотни захлебывающихся от ненависти исламских фанатиков. А произнес папа, напомним, следующее: «Хорошо, покажи мне, что нового принес Мохаммед, и ты найдешь там только нечто злое и бесчеловечное, такое, как его приказ распространять мечом веру, которую он проповедовал». Резонанс все помнят. «Скажем “нет” культуре, в которой важнее не истина, а сенсация», — говорил Бенедикт XVI позже, подразумевая зло, которое сеют СМИ, руководствующиеся лишь рыночными интересами.
Заботясь о единстве Католической церкви, желая преодолеть раскол, возникший после обновленческого Второго Ватиканского собора в 1965 году и чреватый формированием правой епископальной «антицеркви», он разрешил служить на латыни старую Тридентскую мессу. Запротестовали иудейские священнослужители: молитва Страстной пятницы содержит пожелания об обращении евреев к Христу.
Читать дальше
