Модест Колеров - Предел Империй

В известных работах российско-польской группы по сложным вопросам, подготовивших «признание Катыни» и увенчавшихся пропагандистским проектом польского «Центра диалога» на территории России, этой идейной экспозиции, картины этого консенсуса и политической практики нет вовсе. Нет в них даже стыдливого признания того, что «сложные вопросы» — только вторичны, производны, ниже уровнем перед лицом глобальной проблемы исторического диалога и противоборства России и Польши, где есть обе проигравшие стороны и нет монопольной этнической жертвы. Вместо этого в трудах группы по сложным вопросам есть лишь исчерпывающий польский реестр исторических претензий к России, который так бесхарактерно легитимировал МИД России и приглашённые им специалисты. [5] Белые пятна — чёрные пятна: Сложные вопросы в российско-польских отношениях / Отв. ред. А. В. Мальгин, М. М. Наринский. М., 2010.

Тем временем внутренняя правда, историческая основа Восточной политики Польши таковы, что в отношениях с Россией польские власти и общество чаще всего прибегают к стыдливому умолчанию. Именно поэтому редко от кого, рассказывающего от Восточной политике ЕС (Польши), можно узнать о том, что в её историческом генезисе и заявление одного из лидеров «Солидарности» на её первом съезде в сентябре 1981 г., что «кремлёвские куранты сыграют «Мазурку Домбровского»» [6] Пачковски Анджей. Власть и оппозиция в Польше по отношению к СССР (19 801 989) // Польша — СССР. 1945–1989: Избранные политические проблемы, наследие прошлого / Отв. ред. Э. Дурачински, А. Н. Сахаров. М., 2005. С. 287. (национальный гимн Польши), что равносильно прямой декларации о том, что уже политическое и национальное освобождение неразрывно связывалось с миссионерским империализмом на Востоке. Не секрет, что это национальное освобождение, начиная с XIX века, всегда было не характерным для того времени национальным воссоединением, как у немцев и итальянцев, а неизменной борьбой за восстановление Речи Посполитой в имперских границах 1772 года, разделённых Пруссией, Австрией и Россией. Это была борьба не за национальное государство, а борьба бывшей метрополии за свои некогда присоединённые и колонизованные окраины, националистически отрицавшая этнические права её Восточных Кресов (этнографических Литвы, Белоруссии, Украины и даже Бессарабии).

Выбор между узко-национальным и имперским сценариями развития Польше до сего дня составляет не музейный, исследовательский, а самый живой общественный интерес. В этом — сила и разнообразие польской «исторической политики», в этом — и актуальная практика, корень недавних уличных конфликтов в Польше [7] «Более трёх десятков человек были задержаны накануне в Варшаве. Большинство из них — члены националистических организаций, которые 11 ноября, в день 92-й годовщины независимости Польши провёли акцию, выкрикивая националистические лозунги. «Марш независимости», так они назвали своё мероприятие «Национально-радикальный лагерь» и «Общепольская молодежь». Однако марш наткнулся на контрманифестацию с участием антифашистов, передает IAR. Участники «Марша независимости» штурмом прорвали блокаду антифашистов на перекрестке Мёдовой и Сенаторской улиц. В антифашистов полетели камни и бутылки, передает Gazeta Wyborcza. В ответ полетела брусчатка и лампадки. Одновременно бои шли и на улицах Подвале и Капитулна. Навстречу стоящим там десяткам антифашистов пришло столько же националистов. Подобного рода инциденты происходили в различных местах города. Однако, как сообщает Wprost, ещё до начала марша неизвестные напали в поезде на сторонников националистов, ехавших из Быдгоща в Варшаву. Трое с тяжелыми травмами попали в больницу, пишет nowosci.com.pl. В марше, по словам организаторов, принимали участие несколько тысяч человек. «Мы пришли», — скандировали они по прибытию к памятнику Романа Дмовского, политического противника Юзефа Пилсудского. Лозунги «Бог, честь, отчизна», «Роман Дмовски — освободитель Польши» наткнулись на контрманифестантов, скандирующих «Фашизм не пройдет»» (Качиньски поддержал националистов: кому выгодны беспорядки в Варшаве? // REGNUM. 12 ноября 2010: www.regnum.ru/news/1345852.html ). между историческими поклонниками националиста, склонного к имперскому союзу с Россией, Романа Дмовского и империалиста Юзефа Пилсудского, выступавшего националистическим противником России.

Великое княжество Литовское и Польша, объединившиеся в Речь Посполиту, в XV–XVII веках были успешными конкурентами Москвы по разделу и консолидации древнерусской этнографической, культурно-языковой и конфессиональной территории, но в XVIII веке они проиграли России эту борьбу. Разделы Речи Посполитой (не собственно Польши, а её имперского тела, включая Литву) в конце XVIII века — в первой половине XIX (до 1863 года) создали в составе Российской империи Александра I и даже Николая I не просто Царство Польское, а полноценную «внутреннюю империю», располагавшую армией в половину российского дворянства и продолжавшую беспрепятственную культурную, языковую и конфессиональную экспансию на Восточные Кресы — уже в составе России. И впоследствии, даже потерпев поражение в борьбе за независимость, польская политическая мысль основывалась на консенсусе о возвращении к границам 1772 года. При этом социальная демократизация Кресов понималась как их полонизация: «лишь немногие выдвигали программу автономии и культурно-языкового развития украинских, белорусских и литовских земель». [8] Фалькович С. М. Польская демократическая эмиграция 60–70-х гг. XIX века о проблеме «забранных земель» и взаимоотношениях польского и российского освободительного движения // Проблемы славяноведения. Сб. Вып. 8 / Отв. ред. С. И. Михальченко. Брянск, 2006. С. 226, 225. В отличие от представителей русской революционной эмиграции, в польской только «очень немногие деятели допускали возможность обретения собственной национальной государственности украинцами, белорусами и литовцами». [9] Там же. С. 231–232. Когда в начале XX века воюющая с Россией Япония ради подрыва тыла противника начала финансировать революционные и националистические силы, польский социалист Юзеф Пилсудский предложил японскому правительству использовать для этого нерусские народы в составе России от Балтики до Кавказа и Туркестана, указывая на обоснованное лидерство поляков в этом проекте.