Игорь Бедный, медицинский физик, работающий в новосибирском институте, знает толк в современной аппаратуре
Фото: Олеся Тарасова
Александр Караськов тоже считает, что госзаказ — единственная возможность сделать высокие технологии доступными. «Делать серьезные, глобальные вещи в коммерческой медицине нереально, смешно, забудьте об этом», — говорит он.
Несмотря на то что финансирование высокотехнологичных медцентров гораздо лучше, чем у других лечебных учреждений, зачастую и его не хватает. «Квота на кардиохирургию не меняется много лет. Она составляет 200 тысяч рублей. Эти средства покрывают только стандартные операции. Если же появляются осложнения, затраты могут увеличиться и до миллиона. Их взять неоткуда», — делится Александр Караськов. Проблемы создает и 94-й закон о госзакупках, который обязывает клиники покупать дешевые отечественные расходные материалы. «Шву, сделанному отечественной нитью, нельзя доверять, из дырочек кровь пульсирует, часто операцию переделывать приходится, — горячится Караськов, — потому мы закупаем немного иностранных нитей. Каждую нить я использую не один раз, а десять. Такая же ситуация и с остальным. В итоге иностранный коллега тратит на операцию расходников на 40 тысяч евро, а наш хирург — всего на пять. И получает он зарплату в десятки раз меньше».
Высокотехнологичная помощь, развитием которой сегодня озаботилось государство, требует дорогих оригинальных препаратов, а не их дешевые копии. «В трансплантологии невозможно использовать дженерики. Людям, перенесшим такие операции, необходимо всю оставшуюся жизнь использовать оригинальные иммунодепрессанты, которые позволяют предупредить отторжение пересаженных органов», — говорит Владимир Порханов.
Сложные операции на сердце в ККБ делают даже новорожденным
Фото: Александр Иванюк
Очевидно, что дальнейшее развитие медицины в России без увеличения финансирования невозможно. «Если бы за операцию, которая стоит 40 тысяч евро, государство отдавало бы не пять тысяч, как сейчас, а хотя бы 15, то мы бы оперировали в два-три раза больше людей. Мы бы решили все свои проблемы, в том числе социальные, строили бы сотрудникам жилье, увеличили бы премиальный фонд, обучение. Делаем это и сегодня, но со скрипом: приходится просить иностранных специалистов войти в наше положение, чтобы они дали учиться нашим сотрудникам бесплатно либо за символические деньги», — говорит г-н Караськов.
Отбросьте призвание
Врачи в обеих клиниках на стандартных седовласых хирургов не похожи. Эти довольно молодые люди куда больше напоминают каких-нибудь программистов — может быть, потому, что у мониторов им приходится проводить больше времени, чем у операционного стола. Сегодня в России не хватает почти 200 тыс. врачей разных направлений, притом что всего врачей в стране не более 600 тысяч. «Дурак, что ли, молодой человек сегодня в медицину идти, когда нефтянка есть? Привлечь кадры можно, только обеспечив им достойное существование, — убежден Порханов, — зарплата должна позволять врачу брать ипотеку или арендовать жилье. Отбросьте призвание. Мы не должны ориентироваться на фанатиков! Надо выстроить систему, где доходы конкурируют с торговлей, с сырьевыми отраслями». В краснодарской клинике средняя зарплата медсестры составляет около 50 тыс., хирурга — свыше 100 тысяч. Помимо этого в Краснодарском крае есть губернаторские программы, субсидирующие банковские кредиты для медиков. Это неплохие условия, особенно для региона, поэтому недостатка в специалистах у Центра грудной хирургии нет.
Вкладывается в кадры и Научный центр имени академика Мешалкина. «Мы даем сотрудникам возможность учиться в ведущих клиниках за рубежом, — говорит Артем Пухальский, — это притягивает к нам специалистов из разных регионов: у нас работают врачи из Тюмени, Барнаула, Санкт-Петербурга. Вот недавно переманили хирурга из питерского НИИ нейрохирургии имени академика А. Л. Поленова».
Аппарат искусственного кровообращения — обязательный атрибут кардиологической клиники
Фото: Александр Иванюк
«Я приехал в Новосибирск два года назад, — рассказывает “переманенный” руководитель группы эндоваскулярной ангионеврологии Кирилл Орлов. — В Санкт-Петербурге на пять миллионов жителей имеется несколько эндоваскулярных клиник, а здесь наше направление — центральное в Сибирском регионе и охватывает порядка 40 миллионов жителей. Средний возраст врача в новосибирском центре — 30–35 лет, в то время как средний возраст в отрасли в целом — около 50 лет. При этом в 35 лет наши врачи абсолютно матерые, потому что такова интенсивность труда. Когда технологии часто меняются, врачу необходимо постоянно учиться, анализировать и применять новые знания. Люди старшего возраста с этим хуже справляются, они менее мобильны».
Читать дальше
