Оказалось, что для удачного старта проекта нужен автопарк из 40 автомобилей (в течение полугода он должен увеличиться до 150 машин) и примерно 500–5000 пользователей приложения Wheely. Пока все идет по плану. В будущем, при оптимистичном развитии ситуации, Чиркунов планирует запустить услуги такси экономкласса.
Персональный водитель в два клика
Калькулятор
Чиркунов делает ставку на команду, себе он отводит роль идеолога. Всего в Wheely, включая офисы в России и Англии, 21 сотрудник, причем большинство — IT-разработчики. Кроме того, в каждом городе присутствия компании два специалиста занимаются поиском и инструктажем контрагентов, формируют заказы, а также продвигают бренд, в основном при помощи сарафанного радио и участия в светских мероприятиях, таких как модные дефиле и концерты.
Около 70% расходов в интеллектуальных проектах занимает заработная плата. «Я думаю, средняя зарплата в Wheely — 80 тысяч рублей. Вместе с налогами на нее уходит где-то 2,1 миллиона рублей. В целом работа компании обходится в 3 миллиона», — говорит Чиркунов.
Средний чек заказа — 1500 рублей (из них 20% — комиссионные Wheely; кстати, маржинальность в два раза выше, чем у конкурентов). За первые три месяца выручка компании составила около 50 тыс. долларов.
Любой город, по словам Чиркунова, окупается за восемь-девять месяцев. Москва должна выйти на операционную прибыль в июне-июле текущего года. К ноябрю планируется увеличить автопарк до 150 автомобилей. Тогда, как предполагает Чиркунов, ежемесячная выручка компании составит 300 тыс. долларов.
Wheely расставляет машины по городу, чтобы сократить время подачи
Планы
В ближайших планах Wheely — запуск проекта в Санкт-Петербурге, а также в Стамбуле и других городах мира. Возможно, в некоторых случаях будет продана франшиза.
Фото: Александр Иванюк
По данным немецких СМИ, за последние три года оборот медицинского рынка Германии вырос в три раза, до 1 млрд евро, и прежде всего за счет пациентов из России и стран СНГ. Соответственно прирост составил 600 млн евро, или 24 млрд рублей. С учетом того, что бюджет супервысокотехнологичной клиники составляет сегодня от 3 до 6 млрд рублей, получаем, что, реализуй мы этот спрос в России, могли бы иметь еще 4–8 суперсовременных клиник или пару десятков качественных городских больниц. И это только за счет того, что мы отдали Германии. А есть еще Израиль, Швейцария, Марокко, наконец. Зачем и почему мы поступаем так? Не умеем лечить, потому что безнадежно отстали? Или причина в другом? С этим посылом мы и решили провести простое исследование — выяснить, можно ли в России (не в Москве) сегодня получить самую высокотехнологичную медицинскую помощь.
Без особого труда мы вышли на две мощнейшие клиники (а были бы ресурсы, вышли бы еще на пяток) — одну новосибирскую, одну краснодарскую (о них читайте в репортаже «Фанатики на передовой» ). Клиники эти выдающиеся по всем меркам, в том числе по уровню зарплат — заработок среднего медперсонала в три раза превышает средний уровень зарплат в России (не в медицине). Источник финансирования для них — бюджетные деньги, федеральные и региональные. Спрос на услуги, фиксируемый на сайте клиники, многократно превышает их текущие возможности. Как мультиплицировать этот опыт? Не существует ни профессиональных, ни технологических ограничений. Вопрос один: где взять деньги? Ведь далеко не каждому региональному бюджету по силам такие траты, а федерального на всю страну может и не хватить. Да и оба эти бюджета суть деньги граждан — наемных работников и предпринимателей, платящих налоги, которые сегодня уже очень высоки.
Здесь уместно вспомнить о Гиппократе. Его клятва, как правило, трактуется в связи с исполнением врачом своего долга в любых обстоятельствах. Однако исследователи жизни великого врача утверждают, что Гиппократ был прежде всего охранителем интересов своей корпорации и считал очень важным условием своей деятельности способность пациента заплатить «за выздоровление». Как и другие врачи Древней Греции, как и большинство врачей современной Европы, США, Израиля.
Скрывать и отрицать фактическую платность российской медицины опасно для ее дальнейшего развития. Об этом в своей статье пишет бывший директор МНТК «Микрохирургия глаза» Христо Тахчиди (см. «Медицина энтузиастов» ). Широкое развитие платного сектора услуг позволило его институту в разы увеличить объем бесплатных операций. Богатые платят за бедных? Во-первых, это нормально. Во-вторых, существует широкий спектр услуг, относительно недорогих, которые может позволить себе рядовой работающий представитель среднего класса, и это не разорит его и его семью. А вот когда дело дойдет до серьезных болезней и дорогого лечения, ему помогут — клиника, бюджет. Проведи сегодня опрос граждан — и большинство, мы уверены, выскажется за платность медицины, лишь бы она была в принципе. Этот переход даже не будет революцией в стране, потому что он фактически произошел. Но он требует революции в управлении отраслью. Министерство здравоохранения должно признать, что не оно, а главврач — основной игрок отрасли, и он должен иметь право на куда большую, чем сейчас, свободу экономического маневра.
Читать дальше
