Еще одним негативным побочным эффектом перехода к ПТИ стало осушение ликвидности на ММВБ в связи с уходом спекулятивных игроков, сложнее стало размещать облигации, доля нерезидентов упала. В результате сегодня мы дальше от цели создания в России международного финансового центра, чем были в 2007 году.
Встряска пошла на пользу
С оговорками, но все же в актив Банка России следует записать его противостояние кризису 2008–2009 годов. ЦБ умудрился весьма оперативно расширить каналы предоставления ликвидности банкам. Был существенно расширен ломбардный список (ценных бумаг, принимающихся ЦБ от банков в залог под кредиты), а также были опробованы, причем весьма масштабно, совсем нетрадиционные для нас инструменты беззалогового кредитования, исключительно с ориентацией на кредитные рейтинги. Из ряда операциональных новаций ЦБ, хорошо зарекомендовавших себя в кризис, следует отметить частичное гарантирование риска контрагента на рынке МБК, что помогло оживить парализованный рынок межбанковских кредитов в октябре 2008-го. Все это позволило удержать банковскую систему от полномасштабной катастрофы. «ЦБ удалось купировать кризис доверия в 2004 году и не допустить системного банковского кризиса в последнем квартале 2008-го и первом квартале 2009 года не только за счет расширения объемов рефинансирования, но и грамотного изменения подходов в надзорном процессе, — считает Александр Хандруев, руководитель консалтинговой группы БФИ, в 1992–1998 годах работал в должности зампреда, первого зампреда и временно исполняющего обязанности председателя ЦБ РФ. — О том, что ЦБ извлекает уроки из глобального финансового кризиса, свидетельствуют надзорные новации 2011–2013 годов, нацеленные на повышение адекватности коммерческих банков в оценке принимаемых ими рисков».
Скептики, конечно, сокрушаются, что при предоставлении помощи банкам в 2008–2009 годах ЦБ допустил резкий крен в пользу госбанков. Именно они получили основное финансирование и в том числе благодаря этому с начала 2009 года заметно нарастили свою долю на банковском рынке. Однако, рассуждая трезво, трудно предложить какой-либо иной сценарий действий регулятора в той ситуации.
Переброска Агентства по страхованию вкладов на фронт санации неплатежеспособных банков с помощью банков более успешных не позволила точечным паникам вкладчиков в отдельных банках в отдельных городах превратиться в массовое бегство от депозитов, гарантированно убивающее финансовую систему любой мощности. Хотя ряд санационных кейсов АСВ, прежде всего реанимация банка «КИТ Финанс», до сих пор вызывают большие вопросы с точки зрения неэффективности и избыточных затрат.
Едва уловив первые признаки перерастания кризиса ликвидности в кризис плохих долгов, ЦБ запустил программу субординированного кредитования — выдачи банкам (притом, что важно, только в складчину с их акционерами) десятилетних кредитов, учитывающихся в капитале и закрывающих дыры в балансах кредиторов, образующиеся из-за неплатежеспособных заемщиков.
Именно успешное противостояние кризису заставило журнал «Эксперт» выбрать Сергея Игнатьева человеком 2008 года (подробную аргументацию см. в статье «Он должен найти новое равновесие» , № 50 за 2008 год).
Недорефинансирование
Важнейший не вполне решенный для ЦБ вопрос — система рефинансирования коммерческих банков. Конечно, начиная с 2007 года она в своем развитии продвинулась весьма значительно, обогатилась инструментами. Однако этого недостаточно. Основная проблема действующей системы рефинансирования в том, что доступ к ней фактически имеют только крупные банки, а мелкие вынуждены вести процентные войны за вкладчика.
ЦБ, по большому счету, так и не превратился в кредитора последней инстанции для значительного массива банков. Он не имеет возможности предоставить ликвидность финансовому институту, устойчивость которого важна для платежной и/или банковской системы. Допустим, это не банк, а финансовая компания, на которой лежит системный риск влияния через фондовый рынок на банковскую систему? И если рейтинг этого института уже опустился на неинвестиционный уровень?
«Самое главное и важное в системе рефинансирования — это рефинансирование под нерыночные активы, — считает Михаил Матовников. — Для этого нужно не бояться этих активов, нужно понимать их. А это проблема пруденциального надзора — банки и их заемщики недостаточно прозрачны по профилю рисков для регулятора. Таким образом, мы имеем плотный клубок взаимосвязанных проблем из недостатков надзора, провалов системы рефинансирования и дороговизной денег в экономике».
Читать дальше
