Оскар Уайльд - Письма

Разумеется, я сделал лишь беглый набросок. Сюжет пришел мне в голову только сегодня утром, но я решил послать его Вам. Мне он кажется очень многообещающим, и, если готовая пьеса Вам понравится, Вы можете взять ее для американских гастролей. Всегда Ваш

Оскар

Уортинг, Эспланада, 5

[? Август — сентябрь 1894 г.]

Дорогой Йейтс, с удовольствием. Я не вполне уверен, что эпитафия «Requiescat» [18]так уж типична для моих стихов. Тем не менее я рад, что она Вам нравится.

Я только что закончил пьесу, поэтому пишу жутким почерком.

Лично я предпочел бы, чтобы Вы выбрали сонет: или сонет по поводу продажи с аукциона любовных писем Китса, или сонет к свободе, которым открывается мой сборник, — но Вы вольны рвать любые цветы в этом саду, какие в нем есть. Искренне Ваш

Оскар Уайльд

Тайт-стрит, 16

[Приблизительно 25 октября 1894 г.]

Мой дорогой Алек, я долго болел, валялся в постели с приступом малярии или чего-то в этом роде и не имел возможности ответить на Ваше любезное пригласительное письмо. Сейчас я вполне здоров и, поскольку Вы выразили желание познакомиться с моей несколько фарсовой комедией, посылаю Вам ее первый экземпляр. На обложке она поименована «Леди Лэнсинг», но настоящее ее название — «Как важно быть серьезным». Когда Вы прочтете пьесу, Вы увидите, что она построена на игре слов. Пьеса, конечно, Вам совсем не подходит: Вы актер романтический, а ее персонажи требуют таких исполнителей, как Уиндхэм и Хотри. Кроме того, мне было бы жаль, если бы Вы отошли от того художественного направления, которому всегда следовали в театре «Сент-Джеймс». Но конечно, прочтите ее и сообщите мне, что Вы о ней думаете. Я получил очень хорошие предложения по ее постановке в Америке.

Я читал очаровательные газетные отчеты о банкете в Вашу честь в Бирмингеме и Вашем похвальном слове английскому драматургу. Я знаю и люблю творчество Пинеро, но кто такой Джонс? Может, лондонские газеты что-то напутали или допустили опечатку? Я никогда не слышал о Джонсе. А Вы?

Передайте мой сердечный привет миссис Алек, искренне Ваш

Оскар Уайльд

Тайт-стрит, 16

[Приблизительно декабрь 1894 г.]

Как пишет мне Морелл, Ваша очаровательная жена немного опасается, что роль леди Чилтерн в моей пьесе не является лучшей из женских ролей. Позвольте мне заверить Вас, что она рассчитана как раз на «актрису на первых ролях»; это важное действующее лицо и единственное, которое вызывает сочувствие. Более того, другая женщина вообще не появляется в последнем действии.

Я очень рад, что мне посчастливилось видеть среди исполнителей Вашу жену; от нее во многом будет зависеть успех пьесы. Искренне Ваш

Оскар Уайльд

[13 февраля 1895 г.]

Дорогой мистер Шоун, лорд Куинсберри — в гостинице «Чартерз» на Альбемарл-стрит. Напишите ему от мистера Александера: мол, к Вашему сожалению, оказалось, что предназначавшееся для него место уже продано, и Вы возвращаете ему деньги.

Надеюсь, это предотвратит скандал. Искренне Ваш

Оскар Уайльд

Пикадилли, 33

[Приблизительно 17 февраля 1895 г.]

Дорогой мальчик, да! Багровый маркиз замышлял обратиться к публике на премьере моей пьесы! Алджи Берк раскрыл его заговор, и он не был впущен в театр.

Он оставил для меня нелепый букет из овощей! Это, разумеется, идиотская и недостойная выходка.

Явился он туда с боксером-профессионалом!! Я призвал на охрану театра весь Скотленд-Ярд — двадцать полицейских. Он рыскал вокруг три часа, после чего удалился, тараторя, как какая-то чудовищная обезьяна. Перси на нашей стороне.

Теперь я чувствую, что все будет хорошо и твое имя не будет упомянуто.

Я хотел, чтобы ты ничего не знал. Перси телеграфировал, не сказав мне. Я чрезвычайно тронут тем, что ты примчался через всю Европу. Что до меня, то я был полон решимости оставить тебя в неведении.

Я буду телеграфировать в Кале и Дувр, и ты, конечно, остановишься до субботы со мной. Потом я, наверное, вернусь на Тайт-стрит.

С любовью, всей любовью на свете, всегда преданный тебе

Оскар

Пикадилли, гостиница «Эйвондейл»

[28 февраля 1895 г.]

Мой дорогой Бобби, после нашей встречи кое-что произошло. Отец Бози оставил в моем клубе карточку с ужасной надписью. Теперь я не вижу иного выхода, кроме как возбудить уголовное преследование. Этот человек, похоже, погубил всю мою жизнь. Башня из слоновой кости атакована низкой тварью. Жизнь моя выплеснута в песок. Я не знаю, что делать. Если ты сможешь прийти сюда сегодня в 11.30 вечера, пожалуйста, приходи. Я омрачаю твою жизнь, злоупотребляя твоей любовью и добротой. Я попросил Бози прийти ко мне завтра. Всегда твой