У нас тут порядок, все относительно четко, откровенного раздолбайства, как в 90 процентах организаций России, конечно, нет. Я всем сотрудникам говорю: «Нас окружают люди ужасные, вы просите перезвонить — они не перезвонят, вы просите прислать — они не пришлют. Их надо контролировать непрерывно, они вилку в ухо суют. Совсем беда». У нас в этом смысле все достаточно четко.
— С одной стороны, порядок — залог эффективной работы, с другой — людям творческих профессий часто бывает сложно раскрыться в жестких тисках дисциплины.
— А у нас тут нет никаких творческих профессий. Творческие профессии — это наши ведущие. И то мы их воспитываем и делаем из них людей, пытаемся, по крайней мере. А все остальные в офисе — это никакие не творческие люди, они работники офиса.
— Штрафуете ведущих за ошибку в прямом эфире?
— Нет. Хотя ошибка ошибке рознь. Неправильное ударение — конечно нет. Существует человеческий фактор. Бывает. А если ведущий заговорил метку, которая в компьютерах в регионах открывает путь к рекламному блоку, и в результате в далеких городах не вышла реклама — извини, дорогой, нужно заплатить штраф. Смешной по сравнению с масштабом бедствия, произошедшего в городах. Что, ему прощать, если он творческий человек? Если он рушит бизнес, построенный на рекламе, благодаря которой ему платится зарплата? Штраф смешной — триста рублей, но в следующий раз человек уже начинает думать и заканчивать фразу раньше.
Поэтому штраф штрафу рознь. А говорят, Савицкий всех штрафует. Да Савицкий, господи, ромашка луговая. У нас половина штрафов автоматически начисляется и ко мне не имеет никакого отношения. Не надо ошибаться, лажать и раздолбайствовать, и все будет хорошо.
— У вас никогда не было желания сменить сферу деятельности?
— Люди той эпохи, эпохи романтики радио, заражены этим и не мыслят себя в какой-то другой сфере. Они могут еще работать на телевидении, в журналах. Но основное для них — радио. Мне вот телевидение даже как-то неприятно. Физически трудно смотреть какие-то телевизионные проекты. Люди, которые начинали на радио, заражены этой бациллой. И я в том числе.
Елена Николаева
— На что делаете ставку? - Стальные строительные конструкции необходимо защищать от коррозии и наиболее надежный, энергоэффективный и экологичный метод горячей металлизации будет востребован.
Олег Поспелов, 46; образование - высшее
сфера деятельности: технология для горячей металлизации стальных конструкций
стартовые вложения: 2008 год - € 70 000 собственные вложения; 2011 год - € 25 000 от бизнес-ангелов Amber Sea Business Angels Club (отдали 8% компании); 2011 год - € 50 000 СТАРТ от Фонда Бортника («Фонда содействия развитию малых форм предприятий в научно-технической сфере»)
Дождь, ветер, солнце, снег — и в результате коррозии около 10% использованного в разных конструкциях металла ежегодно становится непригодным.
Защищать открытые поверхности от коррозии научились довольно давно. Способы защиты разные: полимерные покрытия, напыления, электролизное нанесение металла. А несколько последних десятилетий наиболее действенной и надежной считается горячая металлизация, когда сталь опускают в раскаленный более податливый материал — алюминий, цинк или сплав. Такая «одежда» полностью защищает металл 50–70 лет — раз в десять дольше, чем любое другое средство. Еще одно очевидное преимущество этого способа защиты — сделал и забыл: не нужно ни за чем ухаживать и подкрашивать. Более того, даже если, скажем, цинковое покрытие будет повреждено, сработает эффект гальванической пары — электрохимическая защита от коррозии. В пользу метода говорит и его экологичность — процесс полностью замкнутого цикла. Очевидные недостатки — энергоемкость и дороговизна: себестоимость оцинковки одной тонны стальной конструкции составляет около 450 долларов.
Сейчас в России действуют 60–70 покрывающих заводов, причем резкий рост в отрасли происходит в последние пять лет. Запускаются как небольшие предприятия с ваннами длиной 4–6 метров, так и производства с емкостями 12–13 метров. Среднегодовая производительность линии — 30 тыс. тонн. Общий ежегодный объем обработанных с помощью горячей металлизации металлоконструкций — 1 млн тонн на 450 млн долларов.
Читать дальше
