Пьер де Вильмаре - Досье Сарагоса

Дж. Эдгар Гувер, директор Федерального бюро расследований, тем временем добивается, чтобы количество агентов его службы, занимающихся наблюдением за проникновением иностранных шпионов, увеличилось с пятисот до восьмисот человек. Но какими бы талантливыми и надежными они ни были, у них еще нет достаточных знаний и опыта, чтобы справиться с проникновением агентов не только Германии, но также и СССР. Будущее это докажет.

В Берлине Генрих Мюллер в этот момент демонстрирует все больше доброжелательных жестов по отношению к Абверу. Он предоставляет Абверу имена не-скольких информаторов, завербованных резидентурой Гестапо в Вашингтоне. Среди них американец немецкого происхождения Уильям Дж. Сиболд, мать которого живет в Гамбурге, и который получил агентурный псевдоним «Трэмп», однажды попав под контроль Абвера.

У Сиболда есть радиостанция для передачи своей информации в Берлин через Гамбург. В его сети работают Герман Ланг, Э.М. Рёдер, красивая артистка и натурщица Лилли Стейн (Штайн), которая служит курьером, публицист Фредерик Жубер Дюкейн и полдюжины инженеров и техников, внедренных на амери-канские заводы, некоторые цеха которых занимаются производством вооружения.

То, что Николаи также сыграл свою роль за немецкими кулисами в эти годы, предшествовавшие Второй мировой войне, и даже во время ее, является бес-спорным фактом. Доказательством служит конференция, созванная Гитлером 7 февраля 1939 года, с участием Рудольфа Гесса, двух или трех офицеров ген-штаба и полковника Николаи собственной персоной.

На конференции обсуждаются выводы, которые можно сделать из последней книги английского военного писателя Бэзила Лиддел Гарта «Оборона Великобритании». Можно ли, исходя из нее, прийти к заключению, что Лондон психо-логически и материально готовится к тому, чтобы выступить на войну против Берлина?… Последует ли Франция за Лондоном?… Итак, можно ли рассчиты-вать, что даже если Берлин захватит Польшу, Лондон и Париж не будут беспо-коиться ради спасения Варшавы больше, чем они беспокоились ради спасения Вены или Праги? Такими были вопросы, которые задал им Гитлер.

Вальтер Николаи, следовательно, остается советником, к которому еще прислу-шиваются в тайных лабиринтах режима. Канарис и его команда относятся к нему с недоверием. Гейдрих и Мюллер терпят его лучше, поскольку поддержи-вают его вторжения в свои соответствующие сферы.

Чистки 1937–1938 годов изменили расклад сил вокруг Сталина, не изменяя ни на йоту методы его тайных эмиссаров, направленные на то, чтобы шаг за шагом прийти к августовскому пакту 1939 года. В Москве больше нет военных, кото-рые осмелились бы обсуждать его стратегию. Военная разведка, ГРУ, усколь-завшая от контроля чекистов до массовой резни, которой Николай Ежов во гла-ве госбезопасности руководил как лесоруб, решивший стереть с лица земли весь лес, в 1938 году является уже только аморфным скелетом. Наиболее ак-тивные сети в мире пребывают почти в состоянии сна. В Германии несколько ячеек продолжают собирать информацию, но большая ее часть, пройдя через сложную систему промежуточных этапов, кладется в Москве под сукно. В боль-шинстве случаев Александр Григорьевич Орлов, начальник ГРУ с ноября 1938 по апрель 1939 года, тщательно просеивает ее, прежде чем сообщить самое важное Сталину. Иван Иосифович Проскуров, его преемник с апреля 1939 по июль 1940 года, поступает так же.

Их коллегой в НКВД, начиная с сентября 1938 года, является Всеволод Никола-евич Меркулов, пришедший туда вслед за Лаврентием Павловичем Берией, когда последний заменил Николая Ежова в высшем руководстве служб безопасно-сти СССР. Хотя Меркулов тоже выходец с Кавказа, он, тем не менее, соперник Берии. Как обычно, Сталин иногда играет, противопоставляя одного другому, используя одновременно и уцелевших разведчиков ГРУ для маневров.

Об этом контексте следует помнить, чтобы можно было лучше проанализиро-вать последствия произошедшего, резонансом отразившиеся в паутине совет-ских сетей, сотканных в Германии. Окажемся ли мы теми редкими летописцами, которые удивятся пассивности в этом отношении службы Гестапо-Мюллера, все-гда считавшегося большим специалистом по коммунистической подрывной дея-тельности?

Немецкая военная контрразведка много раз наносила удары по этой паутине между 1929 и 1936 годами. После чего пришлось тщетно ожидать, чтобы Геста-по, под руководством Мюллера, покрывшее всю Германию плотной сетью своих информаторов, арестовало хотя бы одного крупного советского шпиона или уничтожило хоть одну из наиболее активных советских сетей.