Отсюда две теории, неплохо демонстрирующие, как устроен банковский мир: простая и посложнее.
Теория первая предполагает, что автором списка является кто-то из конкурентов указанных в нем «монстров», располагающих информацией о том, что в указанный день (или раньше) у банка-маркера будет отобрана лицензия. В этом случае из них побегут клиенты-юрлица, часть которых перейдет на обслуживание к автору списка.
Теория номер два чуть более замысловата. В соответствии с ней автором списка является сам банк-маркер, который располагает информацией, что у него вот-вот отберут лицензию. Адресат у списка в этом случае всего один — Центральный банк, отдающий себе отчет в том, что отбор у банка-маркера лицензии теперь, после появления списка, означает резкое разрастание банковского кризиса. При этом сам банк, являющийся автором списка, явно нуждается во времени, необходимом ему либо для привлечения дополнительных средств для закрытия дыры в балансе, либо для банального вывода средств перед банкротством. Как говорится, с волками жить — по-волчьи выть.
А в остальном в банковском мире тишь да гладь, да новогодние корпоративы.
Несмотря на массовое закрытие «лимитов» на межбанке, сопровождающее каждый банковский кризис или намек на таковой, ставки, по которым банки «первого круга» дают друг другу кредиты (а точнее, берут их у Сбербанка), практически не изменились. Серьезные люди делают серьезный бизнес.
Мастер-Банк? Нет, не слышали. То есть слышали, но уже позабыли. Вот рост просрочки у физлиц — проблема. А обналичка… Где она — и где мы! Банковский кризис? Пока толстый сохнет, тощий — сдохнет.
Остался ли запас прочности у банковской системы? / Дело / Бизнес-климат
Остался ли запас прочности у банковской системы?
/ Дело / Бизнес-климат
После банкротства Мастер-Банка по рынку циркулируют сразу несколько черных списков кредитных учреждений, якобы попадающих под отзыв лицензии, а ЦБ не устает их дезавуировать. Эксперты же опасаются эффекта домино, когда крах известного крупного игрока ведет к полной утрате доверия между банками и клиентами, в результате чего может пошатнуться вся финансовая система страны. От +5 (да) до –5 (нет)
Всей банковской системе поставить диагноз сложно. Банки очень разные — есть государственные, у которых в силу их системообразующей истории все будет хорошо до тех пор, пока у государства хорошо. Есть банки, которые в основном кредитуют население — их состояние будет зависеть от макроэкономических факторов и от регулирования Центробанка. Их бизнес-модель сейчас недостаточно устойчива. Есть небольшие региональные банки, зачастую кэптивные («карманные») — в долгосрочной перспективе их ждет нелегкая жизнь.
Борис Ким
член совета директоров Группы QIWI
Для массового вкладчика больших опасений по поводу состояния нашей банковской системы быть не должно — возврат вкладов до 700 тысяч рублей гарантирует государство. Другой вопрос, есть люди с более крупными сбережениями (700 тысяч и выше), да и бизнес хранит свои деньги в банках... В этой ситуации возрастает роль регулятивных органов, которые следят за состоянием системы. В целом же запас прочности у нас есть. В первую очередь — страновой. У нас пока в общем-то все неплохо: не растем, как этого всем хотелось бы, но и не отвесно падаем. Во всяком случае расстраиваться пока рано.
Антон Стороженко
глава представительства Kienbaum в России и СНГ
У топовых банков запас прочности высокий. А вот у середнячков ситуация складывается нестабильная и тревожная. Эта идея оздоровления системы, которую несет в массы Центробанк, имеет в себе негативный момент. Например, никто уже не может с полной уверенностью сказать, устойчив ли их банк.
Сергей Андреев
генеральный директор ГК ABBYY
В краткосрочной перспективе запас прочности у российской банковской системы достаточно велик. В отличие от предкризисного 2008 года процентная доля краткосрочной задолженности перед иностранными банками сейчас значительно ниже, кроме того, у регулятора и властей отработаны механизмы поддержки банковской системы при возникновении подобной необходимости. В долгосрочной перспективе ситуация несколько сложнее и зависит от состояния мировой экономики.
Гайк Симонян
генеральный директор компании «Бентус лаборатории»
Вопрос, конечно, интересный. У меня двойственное ощущение. С одной стороны, как известно, кризис на рынке заканчивается тогда, когда разорится последний неэффективный игрок. То есть получается, что отзыв лицензии у банков, которые имели отрицательную оценочную стоимость капитала, это правильная политика. С другой стороны, борьба с ними наносит ущерб мелким, но в то же время стабильным банкам, ну и, соответственно, бьет по частным вкладчикам, которые положили в них больше денег, чем могут вернуть. Да и бизнес, который держал в этих банках свои денежные средства, тоже оказывается в незавидном положении. Главное, чтобы в борьбе с неэффективными игроками не было перегибов, чтобы в ходе таких операций использовались рыночные механизмы.
Читать дальше
