— Ему уже 40 лет, он старше меня на полгода и творит на дистанции чудеса. Это феноменальный спортсмен, гений! Но гений состоит на 99 процентов из потения и на один процент из вдохновения. Он — профессионал. Если есть в спорте номер один — это он. Я видел, как он пашет. Правильно питается, пьет нужную ему воду, ложится вовремя спать, не употребляет алкоголь, не курит кальян накануне соревнований. В спорте такого уровня мелочей не бывает. Никаких нарушений режима в индивидуальных видах спорта я представить себе не могу. Бред! Ты же назавтра будешь последним лузером. Если ты профессионал, то лишишься многого, в том числе и материальных благ.
Сегодня мы с Бьорндаленом в очень хороших отношениях. Но долгие годы он проходил мимо, не замечая меня, а в один прекрасный день подошел пообщаться. У российской телевизионной биатлонной команды хорошая репутация, все иностранцы смотрят наши программы. Бьорндален мне сам говорил: «Я ни черта не понимаю, что ты говоришь, но звучит очень круто!» Недавно у него был день рождения, и для меня стало счастьем позвонить ему и поздравить. Я сказал, что желаю ему выиграть одну личную награду в Сочи, стать семикратным олимпийским чемпионом, но вот что касается эстафет, то тут медали нужны и нам (улыбается).
— На ваш взгляд, сколько в олимпийской победе работы, а сколько счастливого случая?
— Меня учили так: можно случайно проиграть, но нельзя случайно выиграть. Олимпийские неожиданности будут и в Сочи. История знает массу примеров, когда спортсмены вдруг выигрывали олимпийские медали, а после не завоевывали вообще ничего. Например, француз Венсан Же, белорус Сергей Новиков, Елена Хрусталева из Казахстана… Олимпиада — это непростое соревнование. На нем в распределении наград, как мне кажется, часто принимают участие высшие силы. Хотя по большому счету я уверен, что везет тому, кто и сам везет. Мне, например, везет в работе — часто сопутствует репортерская удача. Скажем, готовим программу во время соревнований, бродим с микрофоном, я думаю: «Хорошо бы поговорить с Кайсой Мякяряйнен…» Раз — и через пять минут она идет навстречу. В такие минуты чувствую себя, как Фандорин в казино. Но удача — это лишь одна составляющая успеха, а до этого мы предпринимаем усилия, работаем.
— Вы изучаете заранее бэкграунд, расклад сил в командах? Как добываете информацию?
— Сейчас в этом смысле стало и легче, и труднее работать. Продвинутый болельщик методом погружения в Интернет узнает о спортсмене больше, чем комментатор. Я много читаю, у меня есть архив. Хватает и реакции, чтобы ориентироваться в огромном количестве текущей информации. Конечно, использую компьютер, хотя в бою сапог — то есть бумажные записи — надежнее. Был, правда, случай в Ханты-Мансийске. На комментаторской позиции лежала стопка записей, половина моих наработок за многие годы. А местная уборщица взяла их и выкинула. Меня чуть инфаркт не хватил! Какой-то милиционер сказал: «Ну а что ты тут все разбросал!» После чего нас чуть разнимать не пришлось, хотя он был в ранге полковника. Но потом я решил, что буду воспринимать это как перезагрузку.
По большому счету не гонюсь за стопроцентными знаниями обо всем и обо всех — это невозможно. Но какие-то эксклюзивы, конечно, имеются. Есть люди, которые помогают: например, одна замечательная девушка прекрасно знает норвежский, она мне подкидывает информацию про Бьорндалена, про сборную. Другой молодой человек дружит с людьми из Немецкого лыжного союза и тоже скидывает эксклюзивную информацию. Вспоминаю, как Магдалена Нойнер, немецкая биатлонистка, многократная чемпионка мира, до последнего превосходно выступала, но, выражаясь на сленге, ее фактически «слили» перед Олимпиадой. По официальной версии, она отказалась от выступлений в эстафете, но на самом деле это было не так. Когда в Ванкувере обсуждалась официальная информация, я уже обладал инсайдом по поводу того, что случилось на самом деле. И она это потом подтвердила в интервью в моей программе. Почему-то тренеры решили, что она может эстафетную гонку завалить: дескать, нестабильный стрелок и вообще две олимпийские медали уже есть, хватит.
— Что на Олимпиаде вы пойдете смотреть как зритель?
— Если позволит время, то я бы сходил, скажем, на финал по хоккею.
— Сейчас все волнуются, позволят ли травмы хорошо выступить нашим хоккеистам.
— Надеюсь, наша команда будет здорова, потому что мы очень зависим от нескольких ключевых игроков — в отличие от тех же канадцев или шведов. Прежде всего хочется пожелать здоровья Павлу Дацюку. А что касается соперников, то канадцы еще летом начали готовиться к противостоянию с Россией. Они никакого секрета из этого не делают и даже общественные слушания специально проводят. За день до матча, когда канадцы разгромили нас в Ванкувере в четвертьфинале, по местному телевидению показывали, как они разбирали звенья, пятерки, подробно рассказывали, как будут играть. Боюсь, что сейчас мы наступаем на те же грабли. Есть некоторые странности. Например, когда тренеры нашей сборной бегают от телекамер. Мне кажется, что хоккейному руководству не хватает умения аргументировать, держать удар, если на тебя нападают, достойно парировать и по-западному спокойно ко всему этому относиться. Ведь отвечать на критику — часть их работы. Впрочем, это касается многих спортивных руководителей.
Читать дальше
