Я испробовала все на свете. Была и политиком-одиночкой, работала и в правительстве, и сама по себе. Вошла в команду Союза правых сил. Прошла свой одинокий путь президентской кампании. Теперь я опять вошла в команду, и тоже ничего не двигается. Вечное дебатирование с властью и оппонирование ей, минимальный процент поддержки, и больше ничего не светит. Ну сколько же можно ходить, наступая на одни и те же грабли? Хотя было дико обидно, потому что президентский потенциал был, отданные за меня голоса можно было подхватить и серьезно с этим работать. Но ревность друг к другу в демократическом клане была такая высокая, что ничего из этого не получилось.
— Правда ли, что оппозиционные, и в первую очередь либеральные проекты финансируются Западом?
— С деньгами вопрос темный, интрижный и противный. Знаю лишь, что сегодня в России очень сложно найти независимые деньги, способные без страха прозрачно финансировать оппозицию.
Власть обвиняет оппозицию в компрадорстве, но после посадки Ходорковского было сделано все для того, чтобы ни один бизнесмен не захотел открыто и прозрачно финансировать того же Навального и иже с ним. Скажем, Гуриев написал всего лишь экспертный доклад по делу Ходорковского, и ему пришлось уехать. К нему приходили с обыском, начали ковырять, на какие деньги он писал этот злополучный доклад. Если даже по этому поводу спецслужбы приходят, что уж говорить о потенциальных спонсорах реальной жесткой оппозиции? Если власть готова вести диалог, то нужно создавать прозрачную конкурентную финансовую базу.
— В политику не тянет?
— В довольно короткие сроки, с 1993 по 2006 год, я успела пройти весь путь в политике, как в Японии, с самого низкого старта. Финальная точка — кандидат в президенты. Чтобы вернуться, мне надо понять зачем. Стать депутатом? Неинтересно. Стать министром? Понимаю, что не смогу продвинуть нужные решения в нужные сроки: 90 процентов времени будет уходить на их пробивание. Соответствующий опыт тоже есть. Причем этот опыт — в демократическом правительстве, со своей командой. Этот вмененный налог достался мне такими нервами! Спасибо профессору Ясину, который, будучи тогда министром без портфеля, помогал. Если бы не его авторитет, я вообще бы ничего не смогла сдвинуть. Стать сопредседателем партии? Но какой?
— Скажем, РПР — ПАРНАС, зарегистрированной вашими прежними соратниками. Кстати, к себе не звали?
— Звали. Но мне неинтересно: СПС все это уже проходил. Заранее знаю, кто и что будет говорить, какая будет интрига, как они будут не объединяться до бесконечности с «Яблоком». Знаю, что будет делать «Яблоко».
Вот, пожалуйста, недавно была на вечере, посвященном памяти Александра Николаевича Яковлева. В зале Дома журналистов собрались все — от Бурбулиса до Алексеевой. Я смотрю в зал — и понимаю, что вместе эти люди никогда не будут. Даже сейчас, когда все в общем-то вышли из политики, когда все уже на обочине. Это было и в их глазах, и в том, как они здоровались друг с другом. Так куда возвращаться-то? В одну и ту же реку входить? Это будет фарсом.
— Сегодня вы пишете книги, участвуете в телевизионных ток-шоу, ведете мастер-классы. В какой ипостаси чувствуете себя в своей тарелке?
— Обожаю мастер-классы. С меня началась эта волна, и вести их уже стали все, кто только может.
Я веду курс в МГИМО, в Финансовом университете для небольших групп студентов курсов MBA. Но публичные мастер-классы для людей с улицы — это совсем другая история. В самом маленьком регионе, далеком от центра России, собирается по 500—700 человек, нередко заплативших последние деньги тренинговым агентствам за этот билет. Туда приходит тот самый средний класс, о котором говорят, что его нет. А вот у меня он в залах есть.
Все проходит на едином дыхании, люди задают интересные вопросы. Им нужно получить вдохновение, веру в себя. Им нужно обрести уверенность в том, что они, будучи свободными людьми, не пресмыкаясь и не воруя на чиновничьих откатах, могут честно заработать деньги и вести качественную творческую жизнь. Для них это очень важно, и это здоровье нации. Считаю, что если таких людей будет не 8 процентов, а хотя бы 20—25, Россия будет жить совершенно по-другому.
Олимпийское спокойствие / Политика и экономика / Главная тема
Олимпийское спокойствие
/ Политика и экономика / Главная тема
Олимпийский Сочи превратился в город-крепость. Помешало ли это празднику спорта?
Читать дальше
