Максим Григорьев - ЕвроМайдан

На вопрос генерального прокурора СССР Р. Руденко: «Правильно я понимаю, что соединения украинских националистов были созданы по указанию немецкого командования?», свидетель Лахузен отвечает: «Они были украинские выходцы из Галиции... Это были организации выходцев из Галиции, которые работали на абвер. Это были диверсанты, которые должны были заниматься саботажем... на территориях, с которыми воевала Германия, например, Польша» [239] 239 The Trial of German Major War Criminals, Nuremberg, Germany, November 20 to December 1, 1945, Ninth Day: Friday, 30th November, 1945. .

В ходе другого допроса на вопрос представителя СССР Никитчен-ко о совещании, на котором было дано указание об уничтожении и сожжении деревень в Галиции, свидетель Лахузен отвечает: «То, что подразумевает генерал, относится к совещанию, состоявшемуся в поезде фюрера в 1939 году. Согласно записи в дневнике Канариса, это было 12 сентября. Смысл приказа или указания, которое было сделано Риббентропом Канарису через Кейтеля, был таков: необходимо было связаться с украинскими националистами, с которыми разведка имела уже соответствующий контакт в военном отношении, для того, чтобы вызвать повстанческое движение в Польше, которое имело бы своим следствием истребление поляков и евреев в Польше. Об этом же говорилось Риббентропом лично Канарису. Когда говорили «поляки», то подразумевали интеллигенцию и все те круги, которые выступали в качестве носителей национального сопротивления... Считали, что нам следует дать это политическое и террористическое задание, и мы его выполним вместе с украинскими националистами...» [240] 240 Нюрнбергский процесс: Сборник материалов: в 8-ми тт., т. IV. — М.: Юридическая литература, 1987, с. 181.

Целый ряд документов и свидетельских показаний говорит о том, что Германия приняла деятельное участие и оказывала материальную поддержку с самого начала существования организаций украинских националистов.

Например, в справке-докладе по украинскому вопросу от 19 ноября 1933 года № 10 написано: «Около 10 лет тому назад было заключено соглашение между прежним начальником контрразведки Германии и руководителем ОУН полковником Коновальцем. Согласно этому договору украинская организация получила материальную поддержку, за что она поставила контрразведке данные о польской армии. Позднее организация взяла на себя также подготовку боевых и диверсионных заданий. Ежемесячные выплаты достигли 9000 рейхсмарок» [241] 241 Центральный государственный архив высших органов власти и управления Украины. Ф. 4628, On. 1, Си. 10. .

В протоколах допроса И. Т. Кутковца от 1 февраля 1944 года записано [242] 242 ЦА ФСБ России, ф 4, оп. 3, д.818, л. 177-186. : «...Еще задолго до германо-польской войны 1939 года в Западной Украине существовала организация украинских националистов, т. н. ОУН.

Этой организацией руководил полковник Евген Коновалец (быв. командир 1-го стрелкового корпуса «Сичевых стрельцов»). После того как Коновалец в 1938 году в Роттердаме был убит, организацию возглавил бывший начальник штаба Коновальца полковник Мельник. Высшей руководящей инстанцией ОУН являлся краевой провод.

Своими задачами ОУН ставила в первую очередь борьбу с польской государственностью, за национальное освобождение украинских земель, входивших в состав территории польского государства, а также за «освобождение» и «объединение всех украинских земель в единое украинское, т. н. Соборное государство».

С давних времен Германия, претендуя на захват богатых украинских земель, была заинтересована в существовании ОУН, имея в виду в последующем использовать ее борьбу за создание «самостоятельной» Украины в своих интересах.

Исходя из этого, Германия всемерно содействовала ОУН в ее практической деятельности, предоставляла убежище для националистов эмигрантов и финансировала ОУН. Издаваемая газета «Сурма», бюллетени и другая националистическая литература печаталась в Германии. Часть националистической литературы нелегально издавалась во Львове, Кракове и других городах Западной Украины».

Террористическая деятельность украинских националистов и лично С. Бандеры в довоенный период детально описана в исторической литературе на основе многочисленных фактов: «С согласия немцев ОУН начала террор в Польше. Процитирую националиста Субтельного: «В начале 1930-х годов члены ОУН осуществили не только сотни актов саботажа и десятки «экспроприаций» государственного имущества, но и организовали свыше 60 террористических актов, многие из которых удались. Среди наиболее важных их жертв были Тадеуш Голувко (1931 года) — известный польский сторонник польско-украинского компромисса, Эмилиан Чеховский (1932 года) — комиссар польской полиции во Львове; Алексей Майлов (1933 года) — сотрудник советского консульства во Львове, убитый в ответ на голодомор 1932-1933 года, Бронислав Перацкий (1934 года) — министр внутренних дел Польши, приговоренный ОУН к смерти за пацификацию 1930 года. Многие покушения направлялись против украинцев, которые были противниками ОУН. Здесь наиболее нашумевшим стало убийство в 1934 году известного украинского педагога Ивана Бабия... В Галиции ОУН развернуло массовый террор на бытовом уровне. Только летом 1930 года в Восточной Галиции было сожжено 2200 домов поляков... Польской полиции удалось схватить непосредственных организаторов убийства министра Перац-кого — Степана Бандеру и Николая Лебедя. Оба были приговорены к повешению, но благодаря усилиям германского МИДа смертную казнь им заменили тюремным заключением» [243] 243 Широкорад А. Б. Украина: противостояние регионов. М., 2009, с. 311. .