Максим Григорьев - ЕвроМайдан

Похожим образом боевики действовали и около администрации президента Украины: «Притом что, если нас там штурмовали около трех раз в течение полутора часов, то ребят там по часу четыре раза штурмовали. Началось все после обеда, часа в три это движение, их штурмовали до позднего вечера. Минут сорок отправка, полчаса перерыв, потом опять что-то новенькое».

Олег, сотрудник подразделения милиции специального назначения «Беркут», получивший травму кисти [35] 35 Травма кисти, полученная из огнестрельного оружия 17 февраля 2014 года на ул. Институтской , рассказывает: «Самооборона делилась на сотни, стояли под флагом, где было написано сотня такая-то, сотня другая, потом, когда на расстоянии, уже видно, кто командовал сотнями, у них были радиостанции. Очень организованно выступили. Холодного оружия на тот момент было уже очень много видно, топоров, сабель. То есть, люди говорят, пришли с мирной акцией, с топорами, саблями на мирные акции ходят.

Журналисты преподносят украинские, что это спонтанно все. Нет, это не просто масса людей. Это было уже организовано — переворот.

Инструктора — факт. Их слушались, они подавали команды конкретные подходить, отходить. В поле зрения было, что это не просто левый человек какой-то вышел и пытается из себя командира показать. Его непосредственно слушали — все команды. Эти сотни поделены, много было людей, которые ходили с радиостанцией и координировали их. Непосредственно в поле нашего зрения».

В конце января 2014 года в интернете на ресурсе YouTube было размещено интервью [36] 36 http://www.youtube.com/watch?v=AjGShykRv3A одного из активистов-боевиков Майдана, который разочаровался в организации. Он откровенно рассказывает о деятельности «Правого сектора» (речь расшифрована полностью):

«„Правый сектор" — это самая радикальная организация, та, которая больше всех делает для этого, та, которая стоит в первых рядах в стычках с „Беркутом".

Были знакомые в таких кругах подобных, я нашел контакты в интернете и людей, которые набирали людей в „Правый сектор", созвонился, прошло собеседование, можно так назвать, по телефону. Мне задали несколько вопросов, и я ответил, и меня определили в группу „Т", в первую линию. А потом, буквально через пару часов, я в рядах группы вышел в первых рядах на боевые действия.

Сейчас почти все ходят в бронежилетах, потому что все настроены на радикальные действия, на активные действия против власти, все готовы воевать. Но вообще, мне уже изначально не нравились настроения там.

Я пришел как патриот — за страну, а там люди, они не хотят в Европу, им эти европейские ценности и эта Европа... В итоге я уже видел огнестрельное оружие как-то.

На этаже у нас больше ста человек размещены. Когда я приехал, все спали просто на полу, потом уже мы взломали кабинеты. Все делятся на группы, в группах около двадцати человек. Ну, каждый день прибывают новые люди, такие же молодые, как я, хотят что-то изменить, не зная еще, куда едут. У каждой группы... каждая группа поделена на две линии, у каждой линии есть командир. В первой группе, где я был, в первой линии, командир по кличке Лях, командир второй линии — Росомаха. Они все в основном люди с Западной Украины.

Изначально командир группы был Чуб. И у него несколько заместителей. В основном пять-шесть групп по двадцать человек с разными названиями, бойцы. Те, которые выходят с щитами на передовую, которые на боевые действия настроены. Меня со временем перевели в группу „Гренадеры", мы скидываем „молоты" в „Беркут", стреляем их салютами, максимально стараемся... как гренадеры. Мы наносим вред тем, что стреляем в них, кидаем в них чем-то. „Гренадеры" — одна группа, а остальные группы... сейчас им начали уже и на группы выдавать „коктейли Молотова", но в основном этим занимаются „Гренадеры" как элитный отряд„Правого сектора", „Гренадеры". Там мы все в касках черных с эмблемой бомбы на затылке, нам дают лучшую экипировку, потому что мы выходим вперед всех, по нам больше всего стреляет „Беркут". Остальные как мясо, можно сказать, как прикрытие.

Там не просто кидаем коктейли. Там группа разделена на расчеты. На расчете один человек стреляет, один держит щит— прикрывает его, иногда выходят всей группой, тогда все, кто держит щиты, стоят со щитами — прикрывают, а остальные кидают. Я был как прикрытие, как защита: я со щитом прикрывал человека, который стреляет. Этим занимаются люди-химики. Главный химик у нас... как „Гренадеры", но они уже отдельно их сделали сейчас, химики — Апостол у них главный; Апостол — кличка. Они делают „коктейль Молотова".